Суд

Леденеющий страх оказаться причиной главного судебного заседания в своей жизни, он есть всегда. Того заседания, где есть и прокурор, и защита, и заседатели, есть свидетели, факты, дела, ритуалы и прочие подробности. Страх тот, он снаружи может-то и не особо виден, у каждого свой масочный гардероб, но всё же изнутри этот глубинный тремор не денется никуда. А уж каким будет тот суд – реальный, основанный на уголовно-процессуальном кодексе, или же он будет общественно-моральный, а быть может случится и вовсе тот Высший суд, на толках которого зиждется столько эфемерных скрижалей? По сути, какой суд – это не важно, ведь они все схожи, они все практически идентичны, и более того, они равны меж собой.

И вправду, вся их структура, их цели – все они до жути схожи, хоть и восприятие их всех по отдельности и разнится, тем не менее, на анатомию, на сам механизм суда это никак не влияет. Да, одни считают, что более весомый и уж куда более страшный – это именно тот Высший суд, на котором, кстати, до сих пор никто так и не присутствовал, ни в качестве свидетеля, ни в роли народного заседателя, ну или же на худой конец, хотя бы в качестве простого зрителя, не говоря уж, конечно же, об участи самого подсудимого. И самое удивительное, что зачастую именно к этой категории лиц и относятся все те люди, кто наделён какой-то особой, то ли волей, то ли наглостью, а то ли глупой долей дерзости. Но при всём при этом, держа при себе эту незримую приклонённую боязнь перед Всевышним, они нередко откровенно демонстрируют миру какую-то неприязнь, брезгливость или даже какую-то смешливую надменность по отношению к отнюдь не самому лояльному земному суду со всеми его тяжёлыми решениями. Также есть и те, кто испытывает неподдельное волнение от этого самого земного суда, при этом, абсолютно не внимая, и даже игнорируя, а порой и вовсе отодвигая все какие-то там заповедные правила на далеко второстепенный план. Наверное, это вновь можно отнести к персональной, ко внутренней морали с её безграничным правом на самоопределение, да, можно, но это не главный сегодня предмет нашего внимания. Речь пойдёт об удивительной схожести, о предельной идентичности всех этих судебных заседаний, и тема эта касается не каких-либо конкретных форм, не каких-то внешних обстоятельств и причин, а сопряжена эта тема скорее с самой сутью, со структурой, с самим итогом всех тех рассматриваемых дел. И разница этой темы суда – она, конечно, очевидна.