Нескучная жизнь майора Чапаева

Сначала я подумала, что это большой палец руки доктора Котова, – продолжил читать текст допроса я, – но, когда и он начал резкие, сильные поступательные движения, я закричала от боли и резко сдёрнула предохранительную занавеску. В левой руке доктора Котова был огромный латексный фаллоимитатор. Лицо Котова было искажено уродливой похотливой гримасой. Пот лил с него градом. Он навалился на меня, пытаясь закрыть мне рот рукой, и жалобно просил: «Тихо, милая! Я ничего плохого… Можно я тебя только оближу? Тебе понравится.

» Я закричала на него, начала вырываться. Мне удалось высвободить одну ногу и толкнуть его в грудь. Он упал, сбив стеклянную полку с инструментами и лампу. Я соскочила с кресла, схватила вещи и начала судорожно одеваться. Он встал на ноги, весь трусился от возбуждения, просил меня успокоиться. Говорил, что я сама этого хотела, что он про меня всё знает. Но я чем-то махала перед ним железным, кричала, чтобы не подходил, и одевалась. Потом, в коридоре, я поняла, что в руках у меня были большие хирургические ножницы. Я их бросила в районе гардероба. В этот день я в милицию не обращалась, так как была в шоковом состоянии». Дата. Подпись.

Следующим документом было собственно заявление гражданки Сёминой М. П. в правоохранительные органы, составленное при непосредственном участии представителя этих самых органов Лядовой С. И. Заявление было написано собственноручно заявитель – ницей с лаконичной концовкой: «Прошу возбудить уголовное дело против Котова Вениамина Всеволодовича по статье 131-й УК РФ».

Дата, подпись.

Прощались мы с лейтенантом Лядовой С. И. на служебной стоянке автотранспорта.

– Для начала неплохо. А что сказал бы ваш папа, узнав, с какого дела началась ваша служебная карьера? А, барышня? – улыбнулся я, протягивая стажёру руку.

– А он бы ничего не сказал, Андрей Васильевич. Он просто с завтрашнего дня перевёл бы меня в аналитический отдел бумажки перебирать и умничать, – пожимая мою руку, честно ответила Светлана.

– Светлана Ивановна, а я правда выгляжу старым? – немного помявшись, спросил я, деланно долго ища по карманам брелок автосигнализации.

– Да не так чтобы… Неухоженный вы какой-то, Андрей Васильевич, – пожав плечами, ответила Лядова. – Видно, что рубашки вам никто не гладит.

– Ну, тогда завтра не опаздывать, – махнул на прощанье рукой я, злясь на себя за ненужный вопрос.

– Поняла…

– А я не понял! – нарочито строго рявкнул я.