Цыганский костер. История в стиле мелодрамы

Как раз эта перспектива похода в баню не располагала к «быстренько». Конечно, сегодня же вторник, женский день. Как- то за их криками эти планы вылетели из моей головы. В баню наша семья ходила раз в месяц. Мы с матерью в первый вторник месяца, а отец следом, в среду. Дни в бане делились на женские и мужские. В остальное время, дома, раз в неделю топился титан в квартире, и мы по очереди мылись в ванной.

Пока я размышляла над возможностью игнорирования семейных планов на сегодня, мать обыскивала все сумки и карманы на предмет завалявшейся мелочи.

Но даже, если бы ее поиски не увенчались успехом, баня все равно состоялась бы. Для этого существовали всегда распахнутые для взаимопомощи кошельки соседей. Не в пример нашему, всегда туго набитые.

Наконец, мать сообщила, что можно отправляться. Деньги найдены! Ее пшеничного цвета коса болталась за спиной, а не была уложена короной вокруг головы, что означало, «настроение хорошее». Хотя бы так! А то совсем было бы плохо.

О, за что? За что, я должна идти в это здание-уродец, с раздевалками, выкрашенными темно-зеленой масляной краской.

Глядеть на толстых теток и неопрятных, пахнущих как -то по-особенному, старух. Страдать от вида грубых шаек и грязных ног, визга детей и едкого, хозяйственного мыла, с трудом промывающего волосы и норовящего выесть глаза.

Буквально через десять минут мы уже входили в здание бани. сразу обволок и залез во все наши закоулки влажный и терпкий дух. Едва мы стали стягивать с себя штапельные платья, сшитые по одному фасону из одного отреза ткани, такая у мамки была идея экономии, и трусы с лифчиками, как темень раздевалки расцветилась яркими широкими юбками.

Желтый электрический свет голых, как и посетители, лампочек начал отражаться и сверкать в золотистых монистах, серьгах, браслетах и кольцах девушек, женщин и старух с крючковатыми носами.

Мать продемонстрировала мне и окружающим полное падение хорошего настроения. Всплеснула руками и обратилась вполголоса к стоявшей с ней рядом женщине, еще не начавшей раздеваться.

– Вот, говорят, цыгане время не ведают. А как мне в баню прийти, они тут как тут. Хоть домой иди обратно. Не люблю я их.

– Чего вы?

Женщина встрепенулась и стала возражать довольно энергично.

– Я к ним хорошо отношусь. Добрые они. И неправда это, что они детей воруют! Они же их усыновляют. Вот нет в семье цыгана мальчика, а наследник всем богатствам нужен, так они и берут из детдомов.