Рыбный день. Повесть

Возле сцены бурлил водоворот из наших поклонниц. Всё те же косынки, выбеленные лица, синие тени и яркие губы. Мне стало стыдно, что одна из них ждет меня. Я спустился со сцены и пересек зал.

– Это то, что ты выбрал? – спросила она.

Люда в свои около тридцати выглядела лучше, чем большинство из тех, что смотрели на нас светящимися глазками сигарет из угла зала.

– Я рад, что ты пришла.

Потом мы шли пешком. Вечер был теплый, будто один заблудившийся весенний день неизвестно как попал в середину зимы.

Она никуда не спешила. У нее образовалась критическая масса свободного времени. Студент был на научной конференции. Я уже давно забыл, что значит, спешка.

– Он чем-то даже похож на тебя. Только гораздо серьезнее. Сейчас готовит диссертацию.

– Надеюсь, из свежих продуктов?

Это я неудачно сострил.

Я, конечно, понимал, что он серьезный парень, иначе бы он не создал крепкую советскую семью. Я сказал, что рад, что у нее все так… Однако, что-то щемило внутри пока мы шли сквозь город к ее пристройке, где однажды за ставней я нашел свою фотографию.

Когда-то нам было хорошо там вдвоем. Мне вдруг захотелось снова оказаться в этой маленькой комнатке, где зимой надо было топить печь и ходить за дровами во двор. Захотелось окунуться…

– Не надо окунаться! – она отвернулась и отодвинула меня от себя.

Ворота, все также, как когда-то, вываливались на улицу, напоминая нос корабля. Как когда-то поскрипывал уличный фонарь и свет его блуждал по мостовой.

– Я тебя никогда…

Не надо слов.

Надо просто повернуться и уйти. Туда, откуда пришел.

Весной мы покидали клуб Евдокимыча. Он надоел всем нам, и его даже не было жалко. Автобус стоял у дверей клуба, и мы выносили свои ящики мимо его директора, сидящего на сцене.

– Эх, Вовчик, так и не спел мне… В моем столе лежит… – мычал он себе под нос и водил палкой перед собой, будто бы рисовал какие-то фигуры.

Как на песке.

Мы вынесли последнюю колонку. Я вернулся посмотреть, не осталось ли чего-нибудь.

Сцена была пустой и только посередине, уронив голову на грудь, спал Евдокимыч, в ожидании больших перемен, которые, по его словам, должны будут вот-вот произойти в клубе, если, конечно, кх-х-х, не ОБХСС.

Нас пригласили работать на центральную танцплощадку города. В Парк культуры и отдыха. Весна бродила по его аллеям, когда мы везли к раковине эстрады свои инструменты. Смешанный в один коктейль, аромат цветения абрикоса и вишни носился по городу.