Самый лучший ветер

Широкие короткие крылья держали на себе электродвигатели со здоровенными четырехлопастными винтами внутри серебристых импеллеров, ряд идеально круглых иллюминаторов по бортам фюзеляжа и выступающие за ними решётки радиаторов – всё было соразмерным и хищно-красивым. Грузовой отсек и кронштейны крепления подвесного контейнера не портили общую картину, а сложенный силовой каркас оболочки намекал на нехилую грузоподъёмность.

Саныч помялся и, кивнув на Антошу, спросил у нас. – Ну что, идём?

– Да, дядя, – не в такт отозвался племяш, не отводя от «Ласточки» собачьих глаз, – домой уже пора, мама ждет.

– Какая тебе мамка, – не сдерживаясь и побагровев заорал вдруг Далин, брызгая слюнями, – у нас всю жизнь казарменное положение! Забудь про мамку! Нет её здесь и не будет никогда! Это наш дом и твой теперь тоже, если не выгоним! Сидишь здесь до вечера и ждешь нас, понял?!

Шарахнувшийся от ора гнома Антоша уставился на нас диким взглядом и быстро-быстро закивал головой, не веря своему счастью.

– Ладно, пошли уже, мужики, – Арчи открыл дверь и рукой указал на неё Санычу, – а ты сиди здесь и никому не открывай, в случае чего говори, что мама закрыла, а у тебя ключей нет.

Мы вышли за дверь и Далин со всей дури захлопнул ее так, что гул пошёл по всему ангару. Арчи вытащил ключи и закрыл замок, а наблюдавший за всем Саныч в некотором обалдении произнес. – Спасибо, конечно, друзья, но как-то странно у вас людей в экипаж набирают.

– А ничего странного, – ответил ему я, – и в экипаж его ещё никто не принял. На испытательном сроке он. И вот мы вернёмся вечером и посмотрим, что он тут делал. Не обижайся, Саныч, но если Антоша весь день проспит или будет свой нос совать куда не следует, то сразу домой. К мамке под юбку. Нам балласт не нужен.

– И не вздумай предупредить его или ещё что, – добавил Далин, спокойно глядя на Саныча, – я первым делом вечером у Микешки узнаю, как оно было. Хоть мы с тобой и собутыльники, но не стоит.

– Справедливо, – почесав в затылке, признал Саныч, – в экипаже как в тюремной камере, не скроешь ничего. Лучше уж сразу.

– И вот ещё что, – добавил Далин. – Давай договоримся так. Я сестру твою, Анну, очень уважаю, но здесь ей делать нечего. Вот вообще нечего, запомни. Сам с ней разбирайся.

– И это справедливо, – кивнул Саныч. – Принимается, гноме.

– Ну тогда до вечера? – протянул ему руку Арчи.