Самый лучший ветер

– Молодца! – снова от чистого сердца похвалил я. – В «Ласточку» не лазил?

– Нет, – засмущался Антоша. – Хотел, но только подошёл, как домовой ваш в меня пустой консервной банкой кинул.

– Он может, – подбодрил я его. – Сами они технику боятся, даже чистить не лезут, но чужого отогнать сумеют. Ты с Микешкой отношения, конечно, наладь, но не прогибайся ни в коем случае. На шею сядет моментом. Но тут я тебе не помощник, всё сам.

– Ну чего там, мужики? – зычно крикнул Саныч в пустоту ангара. – Как проверка?

– Пока норм, – отозвался Далин.

 – Испытуемый на жопе не сидел, объём работ провернул не большой, но и не маленький. Качество, в принципе, сойдёт.

– Главное, нос куда не надо не совал, – добавил Арчи. – Микешка с Антоши глаз не спускал. Говорит, никто с ним связаться не пытался. Все личная инициатива. Я пока доволен.

– Я тоже, – подтвердил гном. – Сейчас ещё кашу проверим, так ли вкусна, как Артём говорит.

– Отлично, – откинулся на спинку стула Саныч. – Антоша, молодец. Так держать.

Только ты помни, что всё только начинается, слабину давать нельзя. Если вольёшься в коллектив, будет у тебя интересная и насыщенная жизнь. Уму-разуму наберёшься, есть у кого. За своих стой горой, и они тебя не оставят. Как ты к людям, так и они к тебе.

– Дядя! – с досадой скривился Антоша. – Ну сколько можно-то?

– Терпи, – флегматично хмыкнул Саныч. – немного осталось. Вот я ещё по дороге домой на тебе оторвусь, и всё на этом. Дальше сам. Давай собирайся, ехать надо.

Антоша подорвался собирать немногочисленные личные вещи, Саныч с довольной усмешкой следил за ним.

– Спасибо, мужики, – обратился он к нам. – не пожалеете, зуб даю.

– Зуб беру, – отсалютовал ему Арчи ложкой. – дуйте уже. Ты, главное, проследи чтоб собрался он по-умному. Носки, трусы, сменка, роба и прочее. Запас варенья, домашнюю библиотеку, холст с кистями и красками не надо. Мамкиных гостинцев тоже. Рассчитывайте на рюкзак, не больше.

– Поучи жену щи варить, – небрежно отмахнулся Саныч.

 – Когда она у тебя будет. Не впервой. Завтра в восемь будем здесь. Бывайте.

И комендант, помахав нам на прощанье рукой, направился на выход, успев перехватить Антошу, который полез было к нам с рукопожатиями.

– Ну ты же видишь, что люди едят, – донеслось уже из дверей. – Чего лезешь? Им чего потом после тебя, руки мыть? Когда ты уже соображать-то начнёшь?

– Крепкое воспитанье, – саркастически хмыкнул Далин. – Я б взбеленился уже. Но каша вкусная, молодец.