Племянница

– Ещё чуть-чуть! – слышит она надрывающийся голос и тянет вторую руку. Осталось немножко: нужно сделать ещё пару усилий, чтобы взобраться на лодку. Эстер напрягает силы, какие у неё есть, и взбирается на неё.

Жива! Она жива!

Эстер пытается отдышаться и осушиться от воды, которая оказалась чертовски холодной. «Что произошло?» – пронзает разум мысль, но спасённая слышит голос того, кто сидит в лодке:

– Всё в порядке?

…Эстер кивнула, сердечно поблагодарив человека за то, что вытащил её из воды и уберёг от смерти.

Это был старик, одетый в серую рубаху, потёртые брюки и сандалии, демонстрирующие его вздутые вены и ссадины на ногах. Наверно, рыбак. Ему на вид лет семьдесят, не меньше, но сил, чтобы вытащить её из воды, хватило, и даже не надорвался.

– Х-х-холодно… – пролепетала Эстер, и старик протянул ей плотную тёплую куртку, слегка попахивающую рыбой.

Когда девушка согрелась и успокоилась, к ней вернулась способность думать и осмыслять происходящее. Что же всё-таки случилось? Только что она читала книгу у себя в комнате, а теперь неведомо как сидит в лодке с незнакомым человеком, едва не утонув в реке… Если это сон, то слишком уж реалистичный: чувства обострились до предела, всё такое яркое, что глаза болят, и дышать по-прежнему тяжко.

Иногда Эстер и впрямь снились странные сны. Они были почти похожи на реальность – она ощущала чужие прикосновения, слышала запахи и звуки. Случалось и так, что она едва не расставалась в своих сновидениях с жизнью, но стоило эфемерной стреле или преследователю её настигнуть, как она просыпалась.

В этот раз, однако, она не очнулась. Даже осознав, что всего лишь спит.

– Что с тобой, етиж ты, случилось? – спросил старик беспокойно.

– Хотела бы я знать… – ответила Эстер растерянно и огляделась. Пейзаж, который она увидела, показался очень знакомым: плывя на лодке по реке, девушка видела цветы, растущие на изумрудных берегах, и невысокие деревья, что тонкими стеблями тянулись к солнцу. На ветках болтались серые пташки.

Чувство времени подсказывало: сейчас утро, и оно уже вступило в силу, ведь туман, висевший над рекой чуть вдали от лодки, скоро обещал раствориться. Сердце застучало так резко, будто могло взорваться в груди: это не просто пейзаж. Эстер… его нарисовала год назад. А теперь попала в то самое место, которое появилось на холсте усилием её воображения. Как это вообще возможно?!

– Ты, наверное, поскользнулась, сидя на мостике, и угодила в реку.