Комбинат познания

Наконец все съехали, забрались обратно и опять принялись объяснять что-то нашей тётеньке. А она всё смеялась. Заметив нас, приближающихся, она даже присела от смеха.

– Медведи! – крикнула она нам. – Куда собрались?

И вдруг оттолкнулась палками и понеслась с горы, и не прямо, как остальные, а зигзагами. Все так и ахнули.

– Вот это да, – сказал лыжник в зелёной куртке, – А мы её учили! —

– Пошли, – сказал мне Юрик, – нечего нам тут делать.

И мы пошли. Юрик всё о чем-то думал.

Солнце садилось быстро, когда мы вспомнили, что весь день ничего не ели.

А пока дошли до дома, солнце совсем садилось за горизонт, и магазины в посёлке, наверное, были закрыты. Так и легли спать голодные. – Юрик же решил, что мы сами себя обслужим: утром позавтракали бутербродами взятыми из дома, брали только горячую воду из чайника, нагретого Сашкой.

– Далась мне эта «самостоятельность»!.. – сказал Юрик, засыпая.

Я стала думать про зайцев, следы которых мы видели рядом с дорогой к лесу. Проснулась я от какого-то шума.

Была ночь, Юрика в комнате не было. «Куда он пропал среди ночи?» – подумала я, засыпая снова накрепко до утра.

Конец шестой части.

– — – — – — – — —

Часть шестая от Иринки

Сливы в январе.

Всю ночь мне снились зайцы. Белые, пушистые, они играли в чехарду. Я проснулась и, как всегда, посмотрела в окно. Ну и погодка! Яркое солнце, голубое небо, пушистые белые ёлки, и снег такой белый, что глазам больно на него смотреть. а там, далеко на горе, мелькают лыжники, красные, жёлтые, зелёные.

Наш дом был крайний, последний к лесу по улице.

Вон красный налетел на ёлку, и с неё посыпался снег. А красный застрял и встать не может, палки у него унесло, опереться не на что. Так и сидит и обнимает ёлку.

Мне вдруг показалось, что все праздники: и Новый год, и день рождения мой в январе, и даже Первое мая – надо праздновать здесь и сегодня!

– Ура-ура! – закричала я и вскочила на кровати, – хотелось крикнуть: «Вставай Юрик!» и вдруг я остолбенела.

На столе в сверкающей белой тарелке лежали сливы, тёмно-синие живые-настоящие сливы.

В доме было пусто. А на завтрак приготовлено было налитое в стакан молоко и на нём кусок батона с намазанным маслом.

Сашка ждала нас на улице. Она была нарядная и очень сияла.

– Сливы? Какие сливы? Не знаю никаких слив.

Она подхватила меня на руки, закружила, и певучим голосом декламировала:

– Я пойду с вами, я хочу всегда ходить с вами, я хочу везде быть с вами.