Грани выбора. Сила характера против силы обстоятельств

Александр в недоумении посмотрел на сына:

– А расписываться, что, не будете?

– Будем, как без этого, но сначала повенчаемся.

– А как вы с ней познакомились?

– О, пап, это грустная история. Наша группа проходила по окраине города, когда украинская артиллерия начала обстреливать город, – он подбросил несколько приготовленных полешков в мангал и скривился от попавшего в лицо дыма. – Мы рассредоточились и попадали, кто куда мог. Снаряды летели в город над нами, а один попал в одноэтажный домик. В этом домике была Даша с отцом, матерью и младшим братишкой.

 – Он опустил руки и посмотрел на отца:

– Пап, их всех убило, а Дашу завалило стеной. Она сирота. Я видел, как у дома рухнула крыша, слышал крик. – Он отошёл от мангала к отцу. – Пап, я знал, что кто-то там под завалом живой. Я знал, пап. – Александр замер, слушая сына.

Когда я подбежал к развалинам дома, одна его часть начала гореть. Я слышал стон и отбрасывал кирпичи, доски, понимая, что если не успею, то тот, кто стонет, умрёт. Здесь братаны подбежали, и мы успели.

Я её вытащил уже полуживую, а потом нёс два километра на руках до больницы. Пап, я знал, что это моя будущая жена. Пап, я знал. Я пока нёс её, я ей говорил об этом. Я ей говорил, чтобы она не умирала, чтобы не оставляла меня одного. – Александр смотрел на сына, и у него на глазах наворачивались слёзы. Он в живую видел, как сын, его сын, несёт спасенную им девушку и говорит ей слова любви и просит её не умирать.

– Потом, после больницы, я Дашу забрал к себе.

У нас в подвале было своё место. Все думали, что мы муж и жена, но мы ещё не муж и жена.

– Нет, сына, все браки заключаются на небесах. Поэтому вы там, – он показал пальцем, – уже повенчаны. Осталось за малым, повенчаться здесь.

Баня, бассейн, казалось, смыли с сердца печаль и горе. Они сидели с женой за столом распаренные и довольные и смотрели, как сын с невесткой дурачатся в бассейне. Их смех завораживал, хотелось, чтобы они смеялись непереставая. И Александру подумалось, какое же это счастье, когда в доме такой заразительный смех.

Но тут, чёрная тень схватила сердце, потащила его своими щупальцами в реальность: они уже никогда не услышат смеха Лёши, который звенел здесь совсем недавно. Смех Лёши был так задорен и свеж, что, услышав его, поневоле приходилось улыбаться. Да, уже никогда он не увидит своего крестника. И уже никогда не раздастся голос Люси из бассейна: «Кырну, мырну, где вынырну».

Он тяжело вздохнул и потянулся за бутылкой.