НЮ – комментарий к фотографии. СТИХИ. КНИГА №7

Она иного пригласила

и разделила с ним кровать

и всё, что от него хотела,

сама бестрепетно отняла, а мне потом лгала…,

лгала и очень часто спотыкалась,

чтоб как-то скрыть, что с ним спала…

Мое же сердце мне в висок стучало и взывало:

«Ты растворяться не спеши

в другой – как в бездне – без остатка.

Есть дело главное: пиши!..

Она всех преданней; – тетрадка

рожденных в горести стихов…»

Но ждет негаданных звонков

в ночи недремлющее сердце

и нарастает боль за ложь

и изощренное прикрытие

своих корыстных побуждений:

взять то, что не твое по праву?!

Как хорошо, что есть тетрадь,

как зеркало того, что было…

Как хорошо, что воля есть и

продолжать обман нам не дала:

«Уйди! Она мне приказала…».

Ню-235

О чуде:

«Шарите» ты моё, «Шарите»!

Плотной синью покрылось оконце.

Миша был же – ни бэ и не мэ,

а теперь светится ярче,

чем солнце…

Мать, кормившая сына

смесью сладко-молочного вкуса,

пригласила его к себе с целью

мягко сказать не скромной,

а скорее нескромной вообще.

И затем, когда Это случилось,

на щеках Миши выступила зацелованность

в благодарность за упругость его «кой чего»,

о которой она скучала

и сей «перчик» измучил её.

«Шарите» удалось на славу!

Мальчик таял

на её нежным соком наполненных грудях…

«Шарите» ты моё «Шарите»!

Как ошиблась моя звезда:

отыскал у тебя надежду,

но любви не найду никогда.

Она здесь не живет и не будет.

Там, где ложь улеглась на подушке,

в простынях правды свет не горит!

Ню-236

Шпильки

Всё в тебе прекрасно, ладно, весело и

улыбка льётся медом расточая радость на душе.

Красная юбчонка очень коротка,

а на лоб скатилась черная волна.

Всё в тебе ужасно, если не моя

и если бы не трусость – заточил бы ножик

и у всех в округе языки обрезал тем,

кто плохо скажет про твои глаза.

Всех чубастых манишь тонкими ногами

и на шпильке стойка разе что сравнима

с кипарисом стройным у Медведь-горы,

где еще в «Артеке» встретил я тебя.