Хрустальные полотна

Коснусь слегка ладонями тепла,

Оставленного солнцем на закате,

Растаял страх вчерашний в благодати,

Сгорела ненависть и боль дотла.

09.11.2019 г.

Навсегда

Однажды, свернувшись клубочком, как кошка,

Закрывшись от мира мужчин с головой,

Сквозь капли дождя, у прохлады окошка,

Ты молча ждала, кто ж нарушит покой?

Часы проходили, дни и недели,

Жару вдруг меняли дожди и метели,

Ничем твою душу они не задели,

Ничем не нарушили в доме покой

Когда ж ожидания тебя утомили,

Ты окна и двери в свой мир отворила,

Ты скинула память прошедших потерь,

Как вновь родилась, ты другая теперь!

Открытый вновь мир тебя принял с любовью,

Раскрыв для тебя безграничный простор

Ты стала все чаще смеяться всем сердцем,

Ты совершенно забыла про боль.

Однажды! Уютно и кружечкой чая,

В раздумьях, сидев, у прохлады окна,

Услышала вдруг, что в дверь постучали…

– Кто там? – оглянувшись, спросила тогда,

– Я! Счастье твоё! – в ответ прозвучало,

Ты дверь отворила, не веря глазам.

И Счастье спросила: – Ко мне ты надолго?

И Счастье ответило – Я навсегда!

03.06.2017 г.

За рулем

За рулем своей иномарки,

На свиданье с судьбой я мчусь,

Справа Джип от КИА, слева Мазда,

Впереди огромный «Белорус».

Мне конечно ничего не видно,

Двигаюсь вслепую, тормозя,

Радует одно, что слева Мазда,

Джип все так же справа от меня.

Красный загорелся, встали!

Целых три минуты, можно помечтать,

Музыку погромче, окна нараспашку…

В Мазде дама с дочкой, в Джипе – не понять.

В окна с тонировкой пристально вгляделась,

Вижу по фуражке – в Джипе гражданин!

Он руками машет, говорит с Тбилиси,

Может с Генацвале, но видно, что один.

«Белорус» вдруг фыркнул, дымом всех окутав

Окна же открыты, макияж пропал…

Джип в дыму пибикнул, будто чертыхнулся

Мазда растворилась в черных облаках.

Испугавшись было, я включила щетки,

Впереди спасительный зеленый светофор,

Весь поток машин плавно  с места двинулся

Трактор снова фыркнул, это перебор!

Слева Мазда с легкостью укатила в дали,

«Зеленей не будет», – крикнул нам грузин,

Помахав мне кепкой, тоже удалился,

«Белорус» скрипел в собственной грязи.