А это лечится?

Февраль забрал у меня моего близкого человека. Ее больше нет. Самое страшное во всей этой истории – это то, что я знала, сколько ей осталось жить. Всего лишь за два дня нам сообщили об ожидаемом исходе. Я перенесла это с большим трудом. Плакала так, словно не делала этого ни разу за всю свою жизнь. Мне было так обидно, что меня вдруг решили лишить родного человека. Верите вы в Бога или нет, но факт остается фактом. Ее с нами нет. Я не могла улыбаться или, что еще хуже, смеяться. Мне было гнусно от того, что это делают другие, все вокруг меня.

Всем что-то весело, радостно. А я все гадала, почему это случилось именно сейчас. Не так все должно было кончиться, не так.

Февраль отобрал у меня, и мое желание жить. Всю мою радость и право на счастье. С первого дня, как я ее потеряла, я учусь жить с этой болью от потери и невыносимой тоской. «Ничто не вечно» – говорю я себе каждый день. Не уверена, что это как-то помогает, но успокаивает, это точно. Я всеми силами стараюсь беречь тех, кто еще со мной. Иногда кажется, что все мои старания – напрасны, ведь мне с трудом дается ценить то, что я имею.

Весь свой негатив я направляю в их сторону, не в силах это контролировать.

Весь февраль я ходила с кислой миной, что доказывает мою неспособность скрывать свои переживания. Весь февраль мне не верилось, что это произошло. Весь февраль я жила в надежде на то, что это все – большой плохой сон. И весь этот месяц мне хотелось быть подальше от всех, но в то же время я мечтала о том, чтобы проводить каждую секунду с теми, кого люблю.

Но, видимо, вселенная решила продолжить эту игру, счет которой был уже давно не в мою пользу.

«Дорога каждая минута.»

Март

Наступил март. Я перестала оплакивать ее. Не насовсем, но, как минимум, на какое-то время. Эта мысль будто прижилась в моем подсознании. Но мне все равно казалось, что она где-то там, в пятистах километрах от меня, в своем доме.

В марте я впервые за все то время почувствовала хоть небольшую, но радость. Находясь рядом с близкими, я пыталась не отвлекаться на плохие мысли и просто наслаждаться каждым моментом.

Я частично поборола свое желание запереться в четырех стенах.

Так и прошло сорок дней со дня ее смерти. Тогда я вновь горько заплакала. Я так хотела увидеть ее рядом, послушать ее рассказы о прошлом, которые никогда не надоедали. Я безумно по ней скучала. Я умудрялась на пару минут забывать о случившимся и выпадать из реальности.

Март больше ничем мне не запомнился.