Шипы роз

– Скоро тебе придется вернуться домой, – произнес старец, нарушив тишину, – Пришло письмо от твоего отца.

– Я самовольно явился сюда, – произнес Нияз, нанося сокрушающий удар старцу в грудь. Он поднял руки в знак капитуляции и произнес:

– Я научил тебя всему, что смог, ты можешь отправляться домой.

Нияз поморщился от этих слов и бросил палку на камень, повернулся ко мне и замер, оценивающе присмотрелся и произнес:

– Вы выглядите гораздо лучше!

– Спасибо, – улыбнулась я.

– Не желаете сразиться? – спросил неожиданно Нияз.

– Желаю, – ответила я, мой ответ ввел в ступор мужчину, но он не отступился от своих слов и поднял палку с каменной дорожки. Я стала напротив него, старец подал мне свою палку и сказал тихо моему противнику:

– Не покалечь девочку!

– Я постараюсь, – выдавил из себя Нияз и стал рьяно наступать на меня, нанося мощные удары. Он не жалел меня из-за того, что я девушка или человек, но я старалась изо всех сил отбить его нападки, хотя плохо получалось. Казалось, что я сражаюсь с каменной стеной этого храма.

В какой-то момент удар обрушился на меня, подавляя, придавливая к каменной дорожке, колени невольно подогнулись, я рухнула на них, ощущая, как недавние царапины стали кровоточить, из последних сил держала над собой палку, не желая сдаваться. Я смотрела в сине-фиолетовые глаза Нияза, он надавил на мою палку своей, я рухнула спиной на каменную дорожку, ожидая что вот-вот приложусь затылком о какой-нибудь булыжник. Нияз заботливо подхватил мою голову рукой, я не успела даже заметить, как он выбросил палку и поймал меня. В этот момент я готова была провалиться сквозь землю от напряжения, летевшего в мою сторону. Кожей я ощущала жар, исходивший от мужчины, голова стремительно закружилась, когда Нияз прошептал мне на ухо:

– Достойный поединок!

Словно сквозь туман, я поднялась на ноги. Палка была все еще зажата в моих руках, костяшки пальцев побелели.

– Я могу научить тебя кое-каким приемам, чтоб справляться с более сильными противниками.

Тебе необходимо хорошо питаться и наращивать мышечную массу. В нашем мире человеку выжить сложно, – вывел меня из транса голос Нияза.

– Вы же скоро отправляетесь домой, – напомнила и себе и ему я.

– Это нерешенный вопрос, – ответил уклончиво Нияз, заметно помрачнев.

– Я вчера еще думала, что вы служите при храме, как старец, – озвучила свои мысли я.

– Нет, – отрезал он, – Здесь кроме Изаэля нет служителей. Все монахи давно умерли.