Творение Ангела, или Сказания для взрослых

Ну, самое время подвести итог, когда человек, точнее наркоман перестал контролировать свои действия? Ответ: тогда, когда реальность перестала существовать. Тогда, когда кайф впитался в сознание. Тогда, когда страх стал частью настоящего. Тогда, когда ломка кусает все тело. Вот и все страх с именем «предатель» мутировал в страх с именем «ломка». Больше не понимает разум, что страшнее, какой из страхов сильнее сгибает, ставя на колени. Самое интересное начинается в тот момент, когда страх мутировал, мутацию больше не остановить, её процесс необратим.

Что это? Ничего особенного, произошло разложение человека, на тело и разум, теперь они живут отдельно друг от друга. Тело знает, что его беспощадно уничтожают, разум живет своей жизнью, воплощая желание в реальность, а организм кайфовать не перестает. Рому загнанного в угол мутированным страхом, больше не мог защитить мундир. Мундир помогал ему иметь наркотики, мундир стал отличной ширмой до поры и времени. Ещё мундир стал уверенностью, что пока он на плечах, Рома защищен, появилось чувство безнаказанности, за любые выпады грубости, злости и беспредела.

Щекочет нервы месть, в крови поднимается сахар.

Мораль сей сказки такова: «Человек сам себе придумывает страхи, сам себя накручивает и после мутации страха у него нет шанса начать все сначала. Каждый поступок должен знать меру».

Четвертая сказка «Про странности».

Сказка «Цветочная бабушка».

Внучка помнила, что там, где жили дедушка с бабушкой всегда цвели цветы с ранней весны до поздней осени.

Любопытный ребенок приставал к старикам, как называются цветы, но потом никогда не могла внучка повторить название цветка. Дедушка смеялся и говорил: «Не переживай внученька, я всегда буду тебе подсказывать, как называются цветы». Настеньке исполнилось пять лет и весной дедушки не стало. Родители сказали, что дедушка устал жить на земле и теперь живет на небе. Настенька скучала по дедушке и говорила бабушке, что дедушка с ней попрощаться забыл. Взрослые чтобы не травмировать психику ребенка не показали ей все прелести панихиды и на могилку к дедушке не брали следующие два года.

Внучка всегда просилась у родителей к бабушке, они спрашивали: «Тебя к какой бабушке отвести?» Она, радостно подпрыгивая выдавала: «Везите меня к цветочной бабушке». Бабушку действительно, можно было называть «цветочной», по всей усадьбе цвели цветы, теперь их бабушка садила в память о дедушке, он любил цветы, внучку и бабушку.