Нескучная жизнь подполковника Чапаева

На следующий день, то есть в воскресенье, лейтенанта Старикова находят изувеченным на стройплощадке, недалеко от тренажёрного зала, где он до этого занимался. Ночью того же дня на озере, недалеко от посёлка Чёрные Воды, были обнаружены сержанты того же экипажа – Тищук и Иванченко. Сержант Иванченко от полученных ран, несовместимых с жизнью, скончался по дороге в больницу. А младший сержант Тищук в настоящее время находится в коме. Вот такие у нас с вами серые будни, мать его…

– Скорее выходные, – негромко поправил начальника я.

– Не понял? – переспросил Воронов. И я заметил, как все полковники непонимающе посмотрели в мою сторону.

– ЧП случилось в воскресенье, – попробовал объяснить я, невольно вставая со своего места и вытягиваясь по стойке «смирно».

– А ты молодец, Чапаев. Следишь за ходом мысли. Так вот, это касается лично тебя и твоего экспериментального отдела, мать его. Нет у вас больше ни воскресений, ни других выходных. Мне сказали, что тебя разместили где-то в подсобках возле спортзала? Вот там, на спортивных матах, и спать будете.

Объявляю вам казарменное положение. Сроку вам – дв… три дня! Ну, а не справишься… Будем считать, что эксперимент не удался. А, Иван Макарович? – сверкнул глазами в сторону полковника Лядова полковник Воронин.

– Согласен с вами, Николай Петрович. Всё, что нужно вашему отделу для оперативного расследования этого дела, будет предоставлено незамедлительно. Надеюсь, мотивы понятны. Дело резонансное. Наше Управление сейчас не то что через лупу… через телескоп разглядывают.

И дело тут не только в чести мундира, – багровея лицом, ответил полковник Лядов.

– Никто не имеет право покушаться на жизнь сотрудников полиции. Даже тогда, когда они не при исполнении. Хорошие ребята были, – понизив голос, произнёс полковник Глушко.

– Да ладно тебе, Витя, остальных хоронить. Двое-то живы. Дело передано старшему следователю по особо важным делам подполковнику юстиции Корниенко Виолетте Юрьевне. Вот тебе её телефоны. Что тебе для начала нужно, Чапаев? – спросил, поднимаясь со своего места, Воронов.

– Четыре стула, – негромко ответил я.

– Опять тебя не понял. Что-то не могу я пока привыкнуть к твоим выкрутасам, Чапаев, – возмущённо бросив на стол очки, психанул полковник.

– Пока прошу об элементарном, товарищ полковник. В кабинетах отдела нет ни одного стула, две электролампочки на три кабинета, ни одного листа бумаги, нет даже карты района. В кабинете на три компьютера, одна розетка в дальнем углу.