Сочи. Невыдуманные истории

Девушки были вежливы и услужливы, так как кураторы с ними особо не церемонились, да оно и понятно, и не Юрика это было дело.

Он получил свой гешефт, в виде четвертого съемочного дня, на который свезли весь цвет сочинской проституции, отборный товар, таких великолепных девчонок, что прям бери и проводи там конкурс красоты неприкрытого Сочи. Среди всего этого цветника он обрёл недостающие месяцы, после чего устроил маленький пикник с вином и мясом, для тех, кто не верил в будущее его календаря.

Юрик сделал руками жест победителя и завершил: – Я сделал это!!!

По завершении рассказа, я наполнил посуду и едой, и выпивкой и решил поднять этот тост за талантливого человека. Но прежде, чем славословить по доброй кавказской традиции, я задал не дающий поставить точку в рассказе вопрос.

– Ну, ты его хоть напечатал?

– О, это отдельная история моих московских приключений.

– Московских? Ты же хотел печатать его заграницей? – удивился я.

– Как оказалось это сложный и дорогой процесс.

Я съездил в Польшу, он там никого не заинтересовал, говорят такого добра у нас самих хватает, и выкатили мне бешенную сумму за печать. Я вернулся в Москву и с горем пополам напечатал 1000 штук.

– Разве это так сложно?

– В те времена, да. Не последний день живем, расскажу как-нибудь, успею, – убедил меня Юрик.

– Да-аа, принес он тебе забот…

– Не то слово. Я даже написал стихи на эту тему. «Ах этот злополучный календарь, загубленные человеческие души…»

– Ты сейчас о девушках моделях? – прервал его я.

– Нет, это всё о себе. Ты не представляешь, сколько за три года отнял у меня сил, денег, эмоций и времени это исчадие фотографии. Видеть его не могу.

– А мне? Мне покажешь?

– Тебе интересно?

– А то?

Юрик спокойно развернулся и ушел в дом, после чего, как бы он там не жаловался, но с гордостью вынес своё творение и протянул его мне.

Я отставил выпивку в сторонку и начал с пристальным вниманием рассматривать тот самый, знаменитый календарь.

Девушки были очень красивы, как на подбор, хотя там и был подбор. Они отличались от тех, кто делает современные селфи. Фигуры фотомоделей были стройны, но не спортивны. Почти у всех были объемные прически с химической завивкой. А главное ни у кого не было больших накачанных силиконом грудей и губ. Всё отдавало доброй наивностью и нежностью.

Юрик тоже стоя надо мной довольно поглядывал на свои былые старания.