Частицы бытия

Марина, потрясённая перипетиями чужой судьбы, молчала, потом тихо спросила:

– Почему же ты детей к себе в город не взял, не воспитывал их сам?

– Куда бы я их взял? Я сам несколько лет по общагам мотался, потом жил у разных баб. А когда на ноги встал, уже ни матери, ни детей не было. И теперь я богатый и свободный, – деланно улыбнулся он.

– Что же ты не женишься?

– А я женился, и не раз. Но не попадалось мне больше таких женщин, как моя первая была.

– Наташа на неё похожа?

– Нет, просто я ей зачем-то нужен.

Где она, кстати?

– В коридоре, наверное, по телефону разговаривает.

В этот момент в номер вернулась Наташа. Окинув взглядом Марину и Колю, она насмешливо пропела:

– О, да тут у нас новая любовная пара назрела?

Коля усмехнулся, а Марина сначала оторопела, а потом со словами:

– Ой, да разбирайтесь вы сами, – выкатилась из номера и пошла бродить по аллеям санаторного парка.

Ночью Наташа попросила у Марины прощенья и, как всегда, поделилась впечатлениями:

– Этот Коля такой прикольный и щедрый.

– Замуж звал?

– Да, но я за него не пойду. Не мой уровень, да и пятьдесят пять ему уже. Мне, конечно, за сорок, но я ведь так молодо выгляжу, что могу позволить себе тридцатилетних. На сегодняшний день у меня их двое, они от меня без ума. Есть ещё один кадр (мой запасной аэродром): ему шестьдесят, большая квартира в центре Вологды, очень обеспеченный и известный в обществе человек. Звал замуж. Мама советует выходить. Но ведь он старый!

В это время зазвонил Наташин телефон, она взяла трубку:

– Да-а, Николай Петрович.

Я тоже… Да, я в санатории. Нет, приезжать не надо. У нас тут очень строго, никого не пускают. Ну, потерпите, я скоро приеду, тогда и поговорим. Да, мой дорогой, да, я тоже. Пока-пока, – она выключила телефон. – Старый пень, лёгок на помине. Больно он мне тут нужен! Как Вы думаете, Марина, выйти мне за него?

– Ну, не знаю, мне кажется, такие вопросы каждый решает сам.

– А что, думаю, детей ему не надо, у него уже внуки большие.

– Вы-то сами детей не хотите?

– Ой, Марина, за двадцать лет своего учительства я заработала неизлечимую аллергию на детей. И работать больше не хочу. Я уверена: Николай Петрович создаст мне комфортные условия, но как подумаю, что с ним в постель надо ложиться… брр, у него уже морщины и лысина во всю голову.

– А раньше Вам замуж выйти не хотелось?

– Хотелось. Я на третьем курсе училась, а он заканчивал институт. Но мама категорически была против.