84 удара в минуту

Однако слышать это от неё гораздо приятнее. Особенно приятно слушать её стоны, чувствовать её дрожь, её возбуждение, её удовольствие. Знаете, слова могут обмануть. А вот тело… Да, я лучший. Могу себе позволить.

Я одёрнул шторы и открыл окно, чтобы покурить. Погода не изменилась. По-прежнему сильный ветер и свинцовое небо, не оставляющее никаких надежд на солнечное и ясное будущее. Но мне плевать на это. Моё дыхание ещё не нормализовалось. Спина, руки и грудь просто горели. Следы от ногтей Эмми ещё не сошли.

Больно, чертовски больно. Но это приятная боль. Даже не знаю почему. Местами просачивалась кровь. Это доставляло какое-то странное и ненормальное удовольствие.

Рука с сигаретой дрожит от перенапряжения. И это тоже приятное чувство. Табачный дым быстро наполняет мои лёгкие, оседает и просачивается в организм. Прелестно.

Эмми обнажена. Так ей идёт больше. Золотистые волосы собраны, поэтому я видел татуировку на её шее ниже затылка. У Эмми были и другие татуировки: на левом плече изящная кроваво-красная шипастая роза, на запястье небольшой красненький цветок и чуть ниже пупка надпись, выведенная красивым размашистым почерком: «Сладкая».

Поэтому я часто её так называл. Сладкая. И сейчас она вновь сооружала две тоненькие дорожки из белого порошка. Эмми слегка нагнулась над столом. Такая позиция ей подходит отлично. Не могу оторвать глаз. Она бросает игривый взгляд через плечо.

Первая дорожка её, вторая – моя. Сегодня я отойду от своего кодекса. Прилив энергии и сил я ощутил сразу же.

Будто бы внутри что-то взорвалось. Запрокидываю голову назад, закрыв глаза и ухватившись за край стола, чтобы не потерять равновесие. Да, я не большой спец в наркотиках. Эмми же вела себя увереннее. Девушка прижимается своим обнаженным телом ко мне.

– Ты готов? – спрашивает Эмми, нежно покусывая меня.

– Я готов с того момента, как ты нагнулась, – улыбаюсь я.

Эмми опускает руку ниже и смеётся:

– Да, я чувствую. Но я имела в виду прогулку.

Мы договаривались, помнишь?

Всё же так не хотелось куда-либо сейчас идти. Я жутко ленивый.

– Может, всё же не пойдём никуда? – попытался отговорить её я. – Я умею быть очень убедительным.

Она не позволила мне этого сделать. Эмми опередила меня.

– Я тоже, – произносит тихо она, опускаясь на колени.

Моё сопротивление было сломлено в считанные секунды. Я был согласен на всё. Подумать только! Никогда ещё так легко не удавалось меня сломать.