Легенда о Расколе: Первый ход

Но вы ведь не за этим пришли, не так ли?

– Кто тот юнец? – сразу же спросил Хотару.

– Без понятия. Я купил его на рынке в Рамилане. С тех самых пор он не сказал ни слова.

– Может языка не знает?

– Все он знает. На речь реагирует, понимает, но не говорит. Думал немой, но меня заверили, что нет. Так что ни имени, ни возраста, ни откуда… Ничего не знаю.

– Почему же тогда твой попугай нам пел, что он не продается? – возмутился Рашит.

– Попугай? – Амо посмотрел на Гретти и рассмеялся. – Попугай верно сказал – его, можно сказать, уже купили.

– Кто?

– Рамиз.

«– Вот и еще один повод, – подумал Хотару, но в диалог влезать не стал»

– Рамиз? – переспросил Рашит. – Тот сосунок? Сынок Низама?

– Он самый, – кивнул Амо. – Его гонец нашел меня с неделю тому. Сказал, что уже давно присмотрел этого паренька еще в Рамилане и готов перекупить.

– Этот сопляк испорченный и наглый! Не продавай ему ничего!

– Да мне то что до его характера? – Посмеялся Амо. – Звон монет куда интереснее.

– Сколько он тебе пообещал?

– Пятьдесят.

– Сколько?! – лицо Рашита заметно покраснело. – Плачу сорок прямо сейчас.

– Нет, дружище, такие приемы вон за оградой отрабатывай, но не на мне.

– Хорошо, пятьдесят так пятьдесят.

– Нет, Рашит, без существенной выгоды я своей репутацией ни насколько не поступлюсь.

– Хорошо, хорошо… – Рашит невероятно печальным взглядом посмотрел в кошель и сжал губы, – За паренька и девку плачу сорок и прощаю долг.

– Это уже разговор, – с улыбкой кивнул Амо.

 – Гретти, бегом за работу.

Рашит еще раз печально взглянул в кошель, вынул оттуда пару монет и бросил его на стол. Амо аккуратно подцепил его ножиком, потряс на весу, откинул в сторону и удалился. Вернулся он через несколько минут, неся в руке завернутые в красную ткань и завязанные золотой нитью мечи.

– Это принадлежит тому мальцу, – сказал он и отдал мечи Хотару. – Осторожно – не берите за лезвие и тем более за рукоять.

***

"Рамия – страна отбросов, которым нет места среди цивилизованных людей.

Понятие благородства и добродетели для них не существует, а поэтому правят там те, кто оказался более искусен во лжи, предательстве и шантаже" – Генерал Кит Анний перед высадкой на Рамийском побережье.

Домой Хотару вернулся за полночь. Вино, хоть и разбавленное, нет-нет, да дало в голову и клонило в сон, однако вошел он через решетчатые ворота во двор, сразу послав одного из караульных за ключами от камер.