Зимняя лилия. Сборник рассказов

Так бы они и погибли там, употребляя и выполняя всё, что им скажут, но только стал вдруг Андрей голоса слышать. Словно тонкий женский голос говорит ему: «Уходить тебе надо, бежать оттуда!». И на сердце так стало тяжело, так горестно… Словно его разум стал проясняться, вспомнил он родной дом, родные края, церквушку у дома, родителей своих. Вспомнил как они со Светой венчались, как счастливы были. И стал он смотреть на Свету, во что она превратилась, и словно глаза у него открылись.

Кое-как он уговорил её прекратить колоться и прятать, что им дают.

Это было непросто, но им словно кто-то помогал, словно кто-то вёл их. Вскоре разум их достаточно очистился, чтобы задумать побег. Удалось это им с первого раза, ведь обычно из того дома никто не убегал.

Долго они шли по полю, по лесу, сами не зная, где находятся. Но в итоге набрели на какую-то деревушку, где их приняли, обогрели, отмыли и рассказали, как до родной деревни добраться. Так они и попали домой…

Только молитвами родителей смогли они выбраться и на путь истинный встать.

От радости и благодарности Антонина Витальевна долго не могла слёз унять…

* * *

В город они решили не возвращаться, и институт не заканчивать, уж больно много соблазнов там было. Молодые супруги решили жить в селе, рядом с Антониной Витальевной и Валентином Сергеевичем, и воспитывать Алёшку так, как когда-то самого Андрюшу воспитывали родители – всё время они ходили в церковь, приучали малыша к вере.

Через несколько лет родилось у них ещё двое деток, а Андрей стал в церкви помогать, с батюшкой часто беседовал и очень старался забыть об ошибках своей молодости, которые его чуть не сгубили.

А Антонина Витальевна и Валентин Сергеевич решили до конца дней своих каждый день читать акафист «Нечаянной радости».

Дело не в ребёнке

Что только они с Гришей не пробовали, и по врачам ходили, и по бабкам, и по остеопатам, да наверное не осталось места, где они не побывали, но ничего не помогало. Шесть лет прошли в трепетном ожидании и надеждах, но Кире никак не удавалось забеременеть, а Гриша жаждал наследника, так как брак у них был поздний, ни у одного из них не было детей даже от предыдущих браков.

Кира понимала, что возраст играет против неё. Мало того, что она не молодеет, так ещё и родить не может. Так Гриша долго терпеть не станет, итак уже на пределе.

Кира любила его, конечно, но ребёнка хотела родить больше для своей же стабильности, чтобы обеспечить надёжное место рядом с мужем.