Медведи, самосвалы и ещё много чего интересного. Роман

И хотя я не дал чёткого ответа на этот вопрос, вся толпа, с задумчивым видом каждого из её участников, потихоньку разошлась. Страсти утихли, на месте ещё недавно шумного скопления народа остались только я и зачинатели спора. Повисла немая пауза.

– Дал ты жару, друг! – сказал мне внезапно хозяин Джеймсов.

– Интересно рассуждаешь! – подхватил мысль хозяин Джонсов.

– Заходи ка на рюмочку! – сказали они одновременно.

Я вместе с ними отправился в бар Джонсы и присел на самое хорошее место из свободных. Хозяин Джонсов был похож на хозяина Джеймсов, за исключением тех черт, которыми хозяин Джеймсов отличался от хозяина Джонсов.

Передо мной в одно мгновение появилась бутылка с прозрачной жидкостью, три рюмки и солёные овощи.

– Это водка! – сказал хозяин Джеймсов.

– Я знаю, – сказал хозяин Джонсов.

– Я это не тебе! – нахмурился хозяин Джеймсов.

– Спасибо за столь радушный приём, господа! Очень приятно взять вот так и в разгар замечательного дня оказаться на приёме у таких хороших людей.

Будем здоровы! – сказал я, наливая водку в рюмки и поднимая свою чуть ли не над головой.

– Вздрогнем! – сказали эти двое одновременно.

– Как твоё имя, друг? – спросил меня хозяин Джонсов.

– За ответом именно на этот вопрос я и отправился в город, господа, – сказал я и выпил ещё одну рюмку, предприимчиво наполненную хозяином Джеймсов.

– То есть ты не знаешь своего имени? – спросил хозяин Джеймсов.

– Как бы вам это объяснить, господа. Разумеется, я знаю своё имя, – я взял огурец и откусил кусочек.

И лишь тщательно его прожевав, продолжил. – Разумеется, как и любой другой человек, кроме тех, кому ещё не придумали имя родители или те, кто потерял память и документы, я знаю своё имя. Я помню своё детство, родителей, братьев, свою первую любовь, школу, работу, всех друзей, подруг, любовниц, любимое блюдо, привычки, марку автомобиля, за руль которой я впервые сел, первый поцелуй, первое путешествие, любимый анекдот и даже чертёж одной детали для самосвала, но это, скорее по работе. Дело лишь в том, что имени моего сейчас попросту нет.

– Как это нет? – сказал владелец Джеймсов

– Что значит нет? – вторил ему хозяин Джонсов

– Вы же, – обратился я к хозяину Джеймсов, – Хозяин Джеймсов?

– Разумеется! – ответил хозяин Джеймсов.

– Так-то лучше! – сказал я.

– Всё-таки поясни нам, друг мой! Что значит – имени ещё нет?

– До сегодняшней вылазки в город его мы и не могли знать, господа.

Они нахмурили брови и начали сопеть.