Черный дождь

(Неизвестно) (еда) (возможен дебаф: отравление)

– А. Хм.

– Что-то не так? – широко улыбнулась мне Елизавета. Я обратил внимание, что у нее нет одного зуба.

Тут я увидел, что рядом с названием блюда есть маленькая кнопка “Выживание”.

Уровень Выживания больше 2, свойства объекта изменены.

Шашлычок из неизвестного мяса (еда) (качество очень хорошее)

Сытность 40.

Блюдо изменилось и внешне. Внезапно вместо непонятного месива, я увидел на тарелке обжаренные на углях кусочки мяса на длинных тонких деревянных палочках.

Конечно, надпись “неизвестное мясо” смущала. Была у меня мысль, что это неизвестное мясо по углам пищит. Но я решил не спорить с логикой игры. Осторожно понюхал. Еда выглядела как шашлык и пахла как шашлык, кусочки только маленькие. Но зато их много. А если подумать, то это же просто набор цифр, капсула мне просто передает запах шашлыка. Вкусно? Вкусно. Голод утолит? Вполне. Дебафов нет. Я плюнул на условности и с удовольствием съел всё. Елизавета смотрела на меня и радовалась.

Когда я вернулся назад в артель, в комнате были гости. Трое крепких парней в одинаковых черных куртках и кепках. Руки в карманах, на шее висят синие шейные платки. Над головой виден только один параметр, зато какой, лишь одно слово – “бандиты”. Гробкин, Ефраим и Зебулон сидели у стены молча, не поднимая взгляда.

– А вот и Пароволк! – радостно сказал самый здоровый из бандитов. – Заждались! Заходи, заходи, дорогой. Как тебе наша артель?

– Да вроде все нормально, – няпрягшись, сказал я.

– Он это, он! – услышал я громкий высокий шепот Мармедюка, который, как оказалось, стоял позади бандитов. Вот крыса!

– Это просто отлично! Жалоб нет? Может обижает кто? – сказал здоровый бандит, подходя поближе, не вынимая руки из карманов.

– Нет, – тихо сказал я и опустил голову.

– Так это же здорово!

– Хде-то я етого бара-с-ка видел! – услышал я до жути знакомый шепелявый голос. Тот лупоглазый молодой бандит, что меня ударил ножом при ограблении.

 – Точно, точно видел!

– Шило, угомонись, – сказал здоровый. – А ты! Слушай правила. – он ткнул меня пальцем в грудь. – Всё очень просто. Это наш район. Люди здесь живут плохо. Их постоянно кто-то хочет обидеть. У них отбирают то, что они с таким трудом зарабатывают. И мы не можем мириться, глядя на то, как они страдают. Мы защищаем простой народ от насилия и жестокости. А за это люди с благодарностью жертвуют нам сущую малость, половину своего дохода.