Жизнь, любовь и белое облако. Сборник рассказов

Максимка вызревал как тихий, негромкий, но настоящий человек, с теми самыми устоями и принципами, которые самца человеческой породы мужчиной и делают. И тётка, глядя в ясные глаза племяшки, поняла, что до сих пор в жизни толком, оказывается, ни разу и не боялась. И что, оказывается, впервые в жизни по-настоящему испугалась сейчас. И решение окрепло в ней окончательно.

Решение просить помощи.

Ибо железная, твёрдая и непререкаемая, она всю жизнь помогала сама. А что-либо обратное, в свою сторону, даже не предполагала.

Но – времена наступили иные.

– К Лиде пойду – сказала она и сделала то, чего не делала почти никогда. А именно, потрепала Максимкины волосы.

– Ну, мам… – сказал племяш, расплываясь в улыбке, – причёсывался же… А что к Лиде идёшь?

– Да надо, – сказала тётка, глядя в сторону. Давно не была… да и дело есть. Поесть-то не забудь. А то скоро как на армейские харчи сядешь…

– А ты что, к обеду не придёшь? – удивился племянник.

– Может, и не приду. Не успею – загадочно ответила тётка.

 – Дело такое… уж куда важнее.

*****

Ленка даже не знала, как себя чувствовать. Вроде, завтра уходил в армию, её парень. Во всяком случае, тот, который был в глазах её и окружающих её парнем. Жизнь была, как жизнь. Какая есть. Если честно, пока никакая.

Ленка родилась в эпоху уже плоских телевизоров (хотя в детстве старые ещё встречались, а у пары бабушек и до сих пор дома стояли) и выросла при смартфонах. Но вокруг всё равно был посёлок. И за исключением тупого и пустого телевизора, у взрослых почти ничего не было.

У молодёжи был интернет. В десятки раз более тупой и пустой. Парни росли ограниченные и обычные. Девки росли ограниченные и обычные. Все делились на удачников и неудачников. Удачники были те, кто уехал – в Москву,

реже в Питер, или в областной центр (вариант на троечку, разве что в крутую фирму или в полицию устроиться). Неудачники чего-то делали тут, или, вернее, делали вид, что делали. С неудачником ходить в посёлке означало то, что ты сама какая-то дефективная, или законченная дура, или просто ценности людской не имеешь – так было усвоено со школы.

Быть за поселковым местным замужем чаще всего означало конец судьбы. И лишь взрослые, умудрённые жизнью женщины, в одиночку поднявшие свои семьи, жёсткие и готовые постоять за себя и своих, пользовались непререкаемым уважением.

Максимова тётка сама была такой, и к одной из таких направлялась в тот исторический день.