Махошины сказки

Что случилось?

Обидел кто? Скажи! Сейчас найдём,

Познает он великую немилость!

– Нет, я сама упала за ручьём.

– Ах, говорила! Будь же осторожна!

Пошлите за Резаром, пусть придёт,

Его жене сейчас без мужа сложно.

Вина несите! Пусть вино зажжёт

Огонь внутри. Она дрожит, бедняга.

Теперь без провожатого – ни шагу!

Резар примчался тотчас, Царь-отец,

Строители с горы в тот день спустились

И отдохнуть решили наконец.

Ожи?ли залы, слуги суетились,

А Царь Аргон бранился за беспечность:

Солдат своих уберегает он,

А мать наследников лежит в увечьях,

Хоть ей ковёр под ноги положён!

* * *

– Да что с тобой… Теперь не узнаю

Я бесподобную жену свою!

Глазами смотришь дикого волчонка…

Когда опять услышу смех твой звонкий?

Кто стал причиной? Человек ли, зверь?

Скажи, любовь моя! Ему тогда, поверь,

Обиды не снесу – клинком горячим

Повержен будет, кто бы ни был он! –

В объятьях жену, разгорячён,

Резар качал, как малого дитятю.

Они заснули как забрезжил свет,

Но неспокойный будет им рассвет.

Качнулись стены, трубный грянул глас,

Гора шатаясь, в небо вознесла

Столбы из пыли, грохот, рокот, вой…

Сравнялись стены крепости с землёй.

* * *

Как пепел, бледный вышел царь Аргон

К народу, что на площади собрался.

Хоть был бедой правитель удручён,

Но гордо, прямо, как всегда, держался.

– Скажите, люди, все ли вы спаслись?

Не взяло ли кого земли трясение?

– Нет, живы все! И трое родились:

Три бабы разрешились не ко времени.

От страху, видно!

– Значит будем жить! –

Воскликнул Царь и, вверх поднявши руку,

Добавил:

– Будет праздник! Будем пить

За то, что Боги дали нам науку!

А завтра соберём большой совет,

О том, как крепость строить нам без бед.

* * *

Тем вечером пирует весь народ,

А Царь Аргон советника зовёт,

Но не того, кто признан большинством, –

Зовёт того, кто правит колдовством.

С женой Теуной скрылись в тронный зал,

И перед ними тот колдун предстал.

– Ты знаешь, что случилось, Шепетим?

Тебе о том открыли правду звёзды?

– О, повелитель! С ними так непросто…

Сегодня небо сделалось глухим.

Наверное, от скрежета земного,

И не хотело говорить полслова.

Его пришлось с лихвой задобрить мне –

Теперь придётся к молодой луне

Мне, бедному, совсем не пить, не есть,

Все звёзды в нашем небе перечесть.

– Возьми же воздаянье за труды.