Дорога так далека

– Не успел! – она снова залилась искрометной очередью претензий. – Да чем ты вообще занят был?! В первый раз не поступил, я тебя как какого-то двоечника от армии отмазывала, по врачам бегали, взятки давала!.. – скорострельные ядовитые плевки надо было как-то остановить, пока она еще больше не распалилась.

– Да я не то что просто не смотрел… – Максим начал врать на инстинктах. – Там просто надо звонить по телефону. Я не нашел информации на сайте и решил позвонить. А звонки они только в какое-то там время принимают…

– В какое? – отпор может помочь.

Она все еще была зла, но уже не кричала.

– С девяти до двух. И я в это время… Ну я встал поздно…

– Ну разумеется! – она снова вспыхнула.

– А потом я сначала посудомойку снова разбирал и составлял… – повисла пауза.

– Ладно. Позвонишь завтра. Начни уже ложиться спать вовремя! И убери этот чертов мусор! – настроение у нее не наладилось, но нападать она больше не собиралась.

– У меня же вечерне-ночная подработка…

– Да-да-да! Объявления расклеиваешь.

Днем-то почему нельзя?

– А я почем знаю? Уговор на вечер с ночью.

– Если не поступишь в университет, – она снова хитро прищурилась – так и продолжить там за копейки вкалывать и сидеть без денег в майке-алкоголичке. – Максим вздохнул.

– Я уже слышал, да… я тебя понял. Мусор сейчас уберу.

– И иди умывайся, чисти зубы, чтобы потом не шарахаться, нам не мешать, – сказала она уходя из комнаты.

Макс сжал кулаки, захлебываясь яростью. Просто удивительно, как какие-то мелочи могут привести в состояние абсолютно исступленного гнева.

Но Максим сдержался.

И, как бы ни хотелось свернуться где-нибудь калачиком и посидеть так с час, принялся за уборку в комнате.

Сколько всего тут было… помимо обычного мусора еще и то, что Максим точно не хотел показывать матери. Тут были пустые баночки от йогурта, а рядом валялись листовки, которые он «расклеивал», чтобы оправдать свои ночные отсутствия и деньги, которые она ему не давала. Были упаковки от презервативов. Ему совсем не нужно объяснять маме почему он «водит девушек вместо того, чтобы готовиться».

Лежали они прямо под какими-то черновиками с его подобием рисунков. У психиатров разрыв сердца случился бы.

Максим убирался также как еще позавчера заметал следы. Неохотно, но методично. Он все уничтожал. Мазня улетела в шредер, мусор в аккуратном свертке, в котором ничего и не различить.

Все. Он убрал следы своего пребывания из собственной комнаты. И не скажешь теперь, что он тут был.