Буря и натиск

От их богатырского рева проснулось лесное зверье на многие мили вокруг. Часовые перворожденных на береговых укреплениях Зоны Фуин навострили уши, настороженно всматриваясь в южном направлении.

Сказочника и Ржавого вынесло из палатки и чуть не опрокинуло; они стояли у самого выхода и потому оказались на гребне могучей волны. Лейтенант скакнул в сторону от топочущего буйволиного стада и потянул за собой сержанта. Стадо прогарцевало в ночь и распалось на отдельные особи. Лагерь наполнился лихорадочным движением, как всегда бывает перед большим тарарамом.

А дождь все лил, превращая землю в кашу; она хлюпала и чавкала под ботинками.

– И все это узнал наш Крокодил? – гаркнул Сказочник, чтобы перекрыть гул двигателей грузовиков, застрявших в грязи неподалеку. Возле камуфляжных тентов возились и орали матом солдаты. Оказывается, шла разгрузка боеприпасов.

– Я с Крокодилом с Первого Десанта. Он и не такое может. Оборотень он и есть оборотень…

– Откуда же он взялся?

– Таких специально выискивали.

Надо же что-то эльфюгам противопоставить – у нас-то магия ого-го! СМЕРШ, говорят, занимается распределением оборотней по подразделениям. Но Крокодил тебе не скажет, откуда он; он как фигов шаман из глуши, а сдается, так оно и есть! Слова не вытянешь.

– Точно, – согласился Сказочник. – Что-то все наши колдовские кореша не от мира сего! Что за гоблины пошли! Знаешь, чего мне гобломант сегодня сказал?

– Ну?

– Он якобы знает, что точно крякнет в Злоговаре.

– А, это он про то, что увидел однажды, когда плел чары, раскрывающие будущее?

– Гробовщик тебе говорил?

– А как же!

– Так это правда? Ну что Гробовщик записался в Армию только из-за своих видений?

– А пес его знает! Но фаталист он тот еще!

– Это точно! Дальше некуда.

Декадент распроклятый. Все от эльфов, вся зараза, что жизни радоваться не дает!

– Дык, ты филу… фисо… тьфу, философ, мать твою!

– Станешь тут!

– Короче, поддался наш колдун каким-то там дурацким миражам в миске с вонючим варевом! – осклабился Ржавый.

– Может, из-за этого он и бычится и стонет постоянно? – предположил Сказочник.

Лейтенант подумал.

– Ты прав, сержант. Если знаешь день и час своей смерти, то уже не до веселья!

– Завтра повеселимся! Заглянем к детишкам на огонек!

– Точно! Пошли! Дел по горло!

2

7 июня 1549 года

Зона Фуин

Над водой стелется густой туман, извивается, клубясь, выбрасывает из своего нутра широкие полосы маскировочной тьмы.