Чрезвычайный и полномочный

Словно когда-то жрец искупался в драконьей крови, приправленной свиным жиром, и с тех пор не мылся ни разу.

Свита жужжащих мух сопровождала Говоруна повсюду. На нем они чувствовали себя как в мушином Элизиуме.

– Как доехали? – осведомился Кровожадный Чтец.

Талиесин задрал голову.

– Спасибо, хорошо.

– Отлично! – Говорун поднял бревнообразную руку, собираясь треснуть ею по плечу посла, но вовремя передумал.

У виконта душа свалилась на самое дно сапог.

– Э… Так ты, значит, и есть новый чрезвычайный и полномочный? – спросил колдун из самого своего нутра.

Талиесин кивнул непонятно чему. Дышать он старался не очень глубоко, и это было трудно, однако еще более сложным представлялось не кривить физиономию.

Вонь была неописуемая.

«И этот тип – влиятельная личность? Правая рука Пнилла? Как же тогда воняет сам король?» – в панике подумал посол.

– Я – Говорун Кровожадный Чтец. Мистический глас Диккарии. Шепчущий с богами и духами. – Варвар подмигнул. – Если захотите что-нибудь провидеть, обращайтесь.

Выдав это сомнительное, с точки зрения виконта, утверждение, жрец расхохотался.

– Ну, а ты?

Талиесин еле собрался, чтобы высказать все заготовленные для такого случая формулы. Сначала представился сам, потом толкнул речь об истории дипломатических отношений между Диккарией и Тиндарией, потом… Говорун прервал его, сказав, что это все и так ясно. Отношения между королевствами сейчас на уровне, и очень хотелось бы, чтобы так и было.

– Ага, – моргнул Талиесин. – А когда я могу вручить вашему королю верительные грамоты?

– Не знаю даже… Сейчас праздник начнется, пир. Там не до того будет… Но ведь всегда успеется, верно? – Снова гогот и ураган зловония. В пасть Говоруна можно было запихнуть целый дубовый пень.

У Талиесина потемнело в глазах, а желудок запрыгал, как мячик. Мухи, принадлежавшие свите Говоруна, феерично жужжали.

Виконт старался не смотреть на сушеные фрагменты амулетов, что висели на груди жреца, но проклятый взгляд сам тянулся к ним.

– Идемте. Нечего канитель тянуть, – предложил варвар. – Мой желудок требует хорошей жрачки и питья, после которых можно отлично опорожниться. Ты тоже хочешь этого?

– М-м…

Талиесин смог выдавить из себя только смущенное мычание.

Великан зашагал к центральному входу во дворец, в котором только что исчезли последние гномы и кобольды. Тиндарийцы, что поделать, последовали за ним.