Этюды о жизни. Сборник рассказов

Но перед отъездом надо было решить некоторые вопросы с работой, переоформить договора по ЖКХ, телевидению и интернету на жену. Выписаться из квартиры и прочее. В этой суете он был так воодушевлён, что не сразу заметил неприятных ощущений в груди.

А через несколько дней упал прямо посреди комнаты, потерял сознание.

Жена услышала звук и прибежала – а Степан лежит не двигаясь. Испугалась, вызвала скорую.

Обследование показало четвёртую стадию рака лёгких с метастазами. Из больницы его отправили домой, умирать.

Первые дни Степан не верил в это, ведь он вполне нормально себя чувствовал, был полон сил! Но потом резко начал сдавать. И уже через две недели был прикован к кровати. Умолял жену написать Люде хоть пару слов, попросить её приехать. И жена написала. Получив ответ: «Ну что ж, Стёпочка, видно не судьба нам… Покойся с миром, дорогой», она решила ничего не говорить мужу. Хотя у самой сердце кровью обливалось.

Дети ничего не знали об этой истории и о планах отца.

Перед самой смертью он подозвал к себе жену и кое-как выговорил: «Прости».

С того разговора с женой, когда он признался ей про Люду, он прожил всего месяц.

Без права надежды

«Пишу тебе в последней надежде. Отправил тебе уже восемь писем, не знаю, получила ли ты их. Номера твоего телефона у меня нет, адрес – всё, что я помню. Если мои письма ты получила, но просто не хочешь отвечать, то прости меня, обещаю, это письмо будет последним.

Ниночка, дорогая, пишет тебе твой давний друг Пётр. Ты, конечно, помнишь меня.

В институте мы дружили втроём – ты, я и Митька. Мы оба были влюблены в тебя, но всерьёз с ним никогда это не обсуждали, всё отшучивались. Когда я ушёл в армию, Митька писал мне, что вы поженились. Это было понятно, слов нет, я бы и сам на тебе женился, если бы его забрали первым. Я злился, но вы оба были мне дороги. Ты не писала мне, но это тоже понятно, ты была его женой. Я не смел ничего вам говорить и старался радоваться за вас.

Мне не за чем было возвращаться домой.

Смотреть на вас, счастливых, было бы мне пыткой, уж прости за правду. Я остался служить, и мне нравилось на новом месте распределения.

Матери я писал пару раз в месяц, она, конечно, скучала. Но не мог же я к ней вернуться и жить под крылом. Митька вскоре мне писать перестал. Я его не осуждаю за это. Каждый пошёл своей дорогой.

Ты знаешь, Ниночка, я ведь так и не женился. А теперь…

Я вот зачем пишу. Мне из вашей больницы сообщили, что моя мать больна.