Рыцарь Железного Кулака

Может быть, нет… Как можно определить? То, что я делаю, я делаю потому, что так захотели мои родители, – надулся Зирвент. – Чего хочу я сам, кто скажет?

– Философия, – отозвался огр. – Какие твои годы, стручок? Не мудрствуй. Радуйся, пока есть у тебя батистовые платочки, балкончики и беседочки с клятвами вечными под омелой. Не бери в голову всякую ерунду. Не ставь себя на место Роменехиаса. Ты понятия не имеешь, каково ему. Не пытайся быть им. В легенде это красиво, а по правде… тоска и тлен. Увядание. Даже каменная роза, придет время, рассыплется в пыль.

Оставь все это легендам и эльфийским балладам. Оставайся в Арвендии, вернись туда после каникул, живи дальше в большом городе с большими соблазнами. И стань в конечном итоге уважаемым человеком, носи бархатный берет и пурпурный плащ, о котором твоему прадеду, скорняку, приходилось лишь мечтать долгими зимними вечерами в каморке, где, кроме него, охали и стонали в свете каганца жена и пятеро детей, видевших мясо лишь по большим праздникам… Вот это и есть твоя судьба, Зирвент. И прости огру его откровенность, мы, чудовища, бываем довольно бесцеремонными.

Браги отвернулся, стиснув кулак. Помолчали. Наконец вагант, сидевший до того тихо, словно мышка, кашлянул.

– Огр…

– Чего тебе еще?

– Ты вызовешь Роменехиаса на поединок?

Молчание.

– Вызову.

– Почему?

– Потому что это судьба. Его судьба. А я – орудие. Как всегда – орудие. Потому что у него может не быть другого шанса.

Зирвент поежился. Покосился на силуэт замка, покрытый еле заметной дымкой.

– Но тебе придется его убить, рыцаря этого, – сказал вагант тихо.

– Придется, – ответил Браги, не поворачиваясь.

Потом встал и направился в лес. Затрещали кусты. Чудище проломилось сквозь них и исчезло.

– Каменная роза рассыплется в пыль… – пробормотал Зирвент, ежась от прохладного воздуха, идущего с озера.

8

Рыцарь в черных латах выехал из-за деревьев и остановился. Битюг Браги и вьючная лошадь огра отозвались приветственным фырканьем.

Тощая коняга студиозуса начала испуганно косить глазами.

– Ну, – сказал огр, подавая знак ваганту.

Зирвент, бледный от торжественности момента, побежал с ковшиком к воде и зачерпнул из озера. Когда он подавал ковшик огру, уже одетому в доспехи, руки ваганта дрожали.

Солнце едва успело подняться над далекой кромкой гор. На поверхности озера еще горели отблески рассвета. Было холодно. Готовиться к схватке огр начал затемно.