Спригган

Фогард Бом-Бом показывал мне шрам на плече, куда однажды угодила эта металлическая дура длиной вполлоктя.

Стражники теряют темп, но вперед вырывается сам барон и двое слуг в придачу. Шпага и пара дубинок – вот что они приготовили для меня. Здесь-то и приходится поддать газу. Хозяин особняка был настолько поглощен жаждой справедливого возмездия, что позабыл обо всем на свете. Превозмогая свои физические возможности, Заморис мчался за мной, словно мстительная горгона. Сдается мне, ожерелье супруги он любит как свое собственное.

Ну еще бы! Стоит эта штучка с бриллиантами не меньше пяти тысяч золотых талеров.

Мой спасительный плацдарм уже близко. Вон тот дом. Надо только слегка поднапрячься.

Ветер в ушах, глаза прищурены, корпус, согласно законам аэродинамической магии, наклонен вперед, голова вжата в плечи. Моя кривая тень следует за мной по пятам. Учитесь, юные взломщики, пока я жив!

Кстати о птичках!

Стражники дарят мне на память еще несколько выстрелов из арбалета. Жив-то жив, но надолго ли хватит моего потрясающего везения?

Впрочем, все болты мимо.

Если они и дальше будут так мазать, их могут попросить со службы, думаю я и вижу, что они уже не позади меня, а впереди. Стоп, это не те, другие. Чинно выворачивают из-за угла и останавливаются. Семеро. Да что, в самом деле, такое? Откуда их столько сегодня? Спецоперация? Или приступ трудолюбия скрутил?

Выход был один-единственный. Газанув в два раза быстрее, чем раньше, Локи промчался мимо остолбеневшей семерки и был таков. На ходу зацепился за кронштейн, на котором висела вывеска какой-то лавки, крутанулся, присел и запрыгнул на карниз.

Спустя две секунды стражники, новые и старые, а также пламенный воитель со шпагой оказались подо мной.

– Стреляйте! – вопил кто-то козлиным голосом. – Он там!

Толпа бегущих стражников врезалась в толпу стоящих, и могучие тела повалились на мостовую. Барон шмякнулся на пузо, точно громадная грелка с водой, за него зацепился один из слуг. С воем бедняга улетел в сточную канаву, а его дубинка покатилась под ноги несчастливому стражнику.

Радетель закона поехал на деревяшке и грохнулся на спину.

Пока куча-мала кипела на брусчатке, я успел вскарабкаться на черепичный скат. Здравствуй, дом родной! Тому, кто изобрел крыши, когда-нибудь я поставлю памятник. После колеса это вторая по нужности вещь в быту.

У меня словно крылья вырастают, а вес тела сокращается втрое.

С дома на дом порхаю, аки беззаботный кузнечик с травинки на травинку.