Страшила

– Монстр! Чудовище! – завопил расколдованный, пробуя убежать.

Браги сгреб его за шкирку и прижал к себе.

– Ты совершенно прав. Я – чудовище! Пошли!

10

– Вся округа гудит! Не помню, чтобы такое было! – сказал Оззи Лаффинбуг, отхлебывая пиво. – Все только и говорят о том, что ты сделал! Мол, угрохал чудище!.. Ну, якобы угрохал! Подвиг совершил, освободил округу от ужаса, сделал дорогу проезжей… А я заполучил обратно свое химерейское вино! Проглот, поганец, не успел все выдуть. За что себе моя огромная благодарность.

– Брось! Мы же приятели, – сказал огр, расправляясь с огромным жареным сомом. – Моя работа – и все. К тому же с королем у меня был договор. Восемь сотен золотых крон, одна крона к другой.

Оззи подлил Браги пива. Они чокнулись. Полурослик до сих пор наслаждался отсутствием своей женушки Инии. И еще он думал о том, как возрастут его доходы после того, как возле ворот появится табличка с уведомлением, что в «Игривом Окуне» любит останавливаться знаменитый Браги из Шидама по прозванию Страшила…

– Ну так расскажи, – сказал полурослик.

 – Откуда стало известно, что это не просто чудовище, а заколдованный принц? Говори, иначе я скончаюсь от нетерпения. Полурослики любопытный народ.

– Это уж точно! – ухмыльнулся огр. – Больше половину толпы, что осаждает сейчас твою таверну, состоит из них. Но я не люблю громкую славу, сам знаешь, хотя и вращаюсь частенько при дворах… Издержки профессии. – В его утробу провалилась большая ложка баклажанной икры. – В общем, все началось с нашего свидания с принцессой.

 – Огр оглянулся на выход из эркера, закрытый пологом. В общий зал пока никого не пускали, многочисленная родня Оззи сдерживала натиск любопытных. Любопытные наседали, невзирая на табличку «Закрыто». – Надеюсь, ты не будешь трепаться, что я расколдовал монстра, а не убил…

– Могила, брат, – сказал полурослик.

– Ладно. Как только Гундира услышала, что я собираюсь пойти на Проглота, она прямо чуть из платья не выпрыгнула. И дальше разговаривала со мной шепотом, чтобы ее сиятельный папашка не услышал.

Потому что это, оказывается, тайна. И верно, ни Ляпквист, ни его придворные ни в зуб ногой, что называется. Дочка-то шустрая оказалась, да еще шустрее был тот, кто пробирался в ее дворец и… Ну, детские забавы, Оззи. Дело известное. С некоторых пор стали проявлять к принцессе интерес иностранные принцы и вдовые короли. Все знали, что есть у Ляпквиста третья дочка, и возраст ее уже подошел к нужному.