Кому я должен? Часть 1

– Ты не понимаешь, – опять начал я, – ты слишком легкомысленно к этому относишься. Как мы будем тратить меньше? Это уже привычки, от которых очень тяжело отказаться. А от многого и вовсе отказаться невозможно: мы должны питаться, воспитывать и обеспечивать детей, обслуживать дом и машины. Это очень большие деньги. Даже если мы и сможем тратить в дальнейшем меньше, нам просто негде будет взять и эти меньшие суммы.

Я, как мог, сгущал краски. Голос мой был серьезным и обстоятельным. Жена непременно должна была внять моим словам и задуматься о своем будущем, о будущем детей, в конце концов.

– Клюв, клюв, клюв, – произносила она, тычась носом в мою грудь.

– Неужели у тебя совсем нет ко мне вопросов? – меня даже немного заводило ее спокойствие и безразличие.

– Конечно, есть вопрос, – жена наконец подняла нос от моей груди. – Ты уже завтра будешь дома или куда-нибудь еще поедешь передавать дела?

Меня даже немножко раздражало это спокойствие и невозмутимость. Я был почти уверен, что она сразу должна будет переживать по поводу нашего будущего.

Может, поддержит меня словами и обязательно как-нибудь утешит, но она должна задуматься о происходящем. А сейчас я не чувствовал у нее никаких внутренних мыслей. Лежит и клюет меня в грудь. А если уже завтра жрать будет нечего?…

– Тебя совсем не беспокоит будущее, это неправильно, – опять завелся я, – нам нужны деньги, у нас начнутся проблемы.

– Клюв, клюв, клюв…

* * *

Как бы я ни хотел насладится бездельем в первый безработный день и проспать до обеда, но проснулся я по привычке рано.

Было шесть часов утра. В обычный день я должен был встать, энергично принять душ, почистить зубы, побриться, выпить пустой кофе и одеться. Вся процедура занимала минут двадцать. В это время мозг еще ленился, и, наверное, только в это время я не пытался делать несколько дел одновременно. Чуть позже, выйдя на улицу и садясь в машину, обычно я начинал разговаривать по телефону, читать за рулем, а иногда, если по дороге были пробки, включал ноутбук, расположив его на пассажирском сиденье.

Но «я прошлый» умер вчера, а умершим не надо ходить на работу. А «я настоящий» вчера только родился, и, подобно младенцу, я лежал в кровати, хлопал глазами и смотрел в потолок, не понимая ничего и будучи не в состоянии что-либо сделать или поменять. Но совсем скоро начнется новая жизнь. Я не знаю точно, какая она будет, но мне это ужасно интересно узнать.