На перекладных – к себе. Книга 2

Кто удержался на чуть-чуть, любя

Свои пенаты, и махнул на остров —

На свой, на личный, без утехи «дня».

03.07.18.

Тут

В раскрутившихся, встроенных,

Но оказались всё те же дрова…

Всё та же трава, что увяла,

И ветер несёт, всё-то мало

Угодно кому, неугодно.

Свобода свободных – не брёвна.

Травинка живая полезней,

И роща затронута песней.

Шумящих, галдящих, гнездящихся

И как в продолженье – летящих

К своим, лишь своим берегам,

И каждый: «Своё не отдам».

В сравнении всё, как в сравненье,

Примерка в полёте, в паденье,

И опыт отдать и забыть,

И прошлое в нём отпустить.

Сегодня чистей чистоты не будет,

И в этом есть ты.

Великие мысли, дела,

По борту снуёт суета.

Корабль пустыни найдётся,

И солнце не жжёт и смеётся.

Ликует, богиней зовёт.

Привыкнуть —

И сердце найдёт

Пристанище милой души.

Свобода прекрасна в тиши.

Пусть кто-то ещё не поймёт,

Полез-то не в этот полёт…

С собой не зовут, но берут.

Всё здесь и сейчас, словом «тут».

03.07.18.

Благодать

Для себя, для него – как быть?

На колени сначала, навзничь…

Не жалеючи тянут дни,

Держат только любовь и нежность…

Я б кричала, но смысла нет.

Тишина посильнее глушит,

Но набрать её, удержать —

Океаны окажутся сушей.

Чтоб идти, обрести приют,

Где сердца, где душа и тело.

Где желание только жить,

И спасать, и дарить умело.

Ограничиться добротой,

Где зеркальность уже не в моде,

Где любимых, надёжных строй,

За спиною надёжность линий.

Я б кричала, но смысла нет.

Тишина отогреет, излечит —

Отдавать и упрочить след;

Научиться любого слушать.

Я дарю, я желаю быть,

За основу – любовь и нежность.

Пусть сплетается жизни нить

Благодатью сегодня в Вечность.

03.07.18.

О толерантности

О толерантности?!

Да я б сейчас взорвалась…

Да ладно, пусть ещё чуть поживёт!

Пока стошнит её.

Швыряла много лет, а кто поймёт?

Один из рода унижал, другой – войной

Гражданской «радовал» себя,

А также и ссылал, что речки вброд

Не смог бы, не осилил, лишь гребя

На лодках, уходили в никуда.

Вернулись – часть, прощением согнуты.

О милости, великодушье рук

Что сделали, что лапоть был надутым

Сапожки лучшие, яловые – счёт…

Я это познавала с каплей соли,

Когда семья росла из двух корней.