Покаяние над пропастью

– Ладно, молодчина, отдохни чуток. – Немного погодя, Назира многозначительно добавила: – Ты смотри-ка, а ведь не зря Антип заставлял эту беднягу воду носить…

– Да, не зря… – ответила Лилия.

Когда женщина напоила живность, Назира вновь скомандовала ей:

– Зайдем к тебе домой!

В доме был страшный беспорядок. Выгнанный муж где-то пьянствовал, детей временно забрала к себе хозяйкина сестра. Назира задала женщине очередной вопрос:

– Почему не умываешься?

– Антип не велел.

Назира строго распорядилась:

– Быстренько прими тахарат[14 - Тахарат (араб.

 – очищение, омовение) – приведение тела в состояние ритуальной чистоты посредством омовения.], да с мылом вымой лицо и шею!

– Сейчас. – Женщина послушно выполнила ее приказ.

– Ложись на кровать! Закрой глаза, расслабься! – Женщина беспрекословно повиновалась. Назира подозвала Лилию поближе и начала стремительно вертеть крестом на цепочке над женщиной.

– Уф-ф, внутри забегали! – закричала женщина.

– Ничего, скоро выйдут, – с улыбкой сказала Назира.

 – Погляди-ка, Лилия, что там у нее внутри?

Лилия, сощурившись, уставилась на ее живот:

– Полным-полно мерзких чернявых тварей с рогами и копытами!

– Это мелкота! Гляди внимательней, за ними должны быть и крупные!

– Ага, за мелкими попрятались те, что побольше…

– Начинай их выжигать огнем из глаз и изгонять вон! Старайся успеть сжечь каждого, кто выскочит!

– Жгу! – Лилия вперилась в женщину свирепым взглядом. – Ай-ай-ай, скачут в животе, больно! – вскричала бедная женщина.

– Потерпи, скоро от них избавишься, – успокоила ее Назира. И принялась еще быстрее вертеть крестом. – Что там, Лилия, сгорают?

– Да. Мелкие уже вышли, сгорели. Остались покрупнее.

– Значит, слабым каюк! Но там должен быть самый большой, видно его?

– Пока нет, – ответила Лилия, отирая пот со лба.

– Не видно, так, голос услышим. Давай, Лилия, жги сильней!

Вдруг, женщина завопила отвратительным мужским басом:

– Ай-ай-ай! Ведь изжаришь заживо! Постой! – Через несколько секунд громкий возглас повторился.

 – Прекрати жечь, говорю!

Назира довольно улыбнулась и быстро проговорила:

– Вот и голос услышали… – Заметив удивленный и испуганный взгляд Лилии, она поспешила объяснить. – Языком этой женщины говорит шайтан. Не обращай внимания, знай себе, жги! С ним не разговаривай – нельзя! Его болтовне не верь – лжет. – Назира еще проворнее завертела крестом.