Пари за гранью бытия

Да ты, наверное, на пляж сразу пойдёшь. Там, на набережной, кафешки разные – можешь пообедать. Бабки есть? Или одолжить?

– Что? – не расслышал Сашка. Он никак не мог собраться и взять себя в руки.

– Бабки, спрашиваю, есть? – повторил свой вопрос брат, с усмешкой наблюдая за ним.

– А? Деньги? Есть, да, конечно.

– Шашлык возьми – шашлык здесь вкусный. Ну, чё еще? А, держи ключи. Это будут твои, у меня свой комплект. Я на работу поехал – мне ещё шефа домой отвезти надо. Вечерком заеду. А не заеду, так позвоню.

Давай, будь! – протянул Славка руку.

– Ага, пока, – ответил родственник, пожав протянутую ладонь.– А как на пляж-то пройти? – спохватился он.

– Из подъезда направо, а потом в гору. Там спросишь. Пока!

Вытащив из кармана горсть семечек, брат повернулся и вышел из квартиры.

Сашка остался один. Выглянул из окна кухни, посмотрел, как Славкин «ауди» резко сдал назад, чуть не врезавшись в скамейку с пенсионерками и, вспугнув стаю голубей, скрылся за поворотом.

Парень присел на стул.

Попытался справиться со смятением. Было стыдно и немного обидно за себя. Чёрт, в двадцать пять лет пора научиться контролировать свои эмоции. А он, как детсадовец, раскрыл рот при виде ярких игрушек – красивой машины и шикарной квартиры. То, что Славкины машина и квартира достойны эпитета «шикарные», Сашка даже не сомневался. Не смущало московского гостя и то, что настоящим владельцем сих предметов роскоши являлся некий загадочный «шеф». Брат всем этим пользовался, а значит, остальное оставалось за кадром и не имело значения.

* * *

Своего двоюродного брата Сашка не видел десять лет. Собственно, они и до этого не часто встречались. Славкина мать, родная сестра Сашкиной матери, вышла замуж за моряка и уехала из подмосковного отчего дома на юг России. Сашкина мать тоже вышла замуж, но супруг увёз её в другом направлении – в Москву. Так получилось, что братья появились на свет в один год. Славкин отец всю жизнь проходил в море матросом, честно вкалывал, хотя изредка и выпивал.

А вот про своего отца Сашка мало что знал. Мать часто рассказывала, что его родитель был безумно красив. Московские художники писали картины с его мощного торса и вдохновлялись совершенными чертами лица. Говоря проще, папаша работал натурщиком. Как любой настоящий служитель богемы – а именно таковым он себя и считал, – папенька очень любил выпить. Его мощным торсом вдохновлялись, естественно, не только художники, но и художницы.