Пари за гранью бытия

 – По штуке баксов в год! Копейки просто. У меня зарплата двести баксов в месяц. Если я ей буду всю зарплату отдавать, эдак она быстро свои бабки отобьёт! И ещё в наваре останется!

– Дурак, что ли? Всю зарплату отдавать! Полтинник в месяц, и хватит с неё, – отозвался Штырь. И, блаженно откинувшись на спинку дивана, произнёс: – Ладно, это действительно всё шутки. А в общем, мужики, суть какова? Нас мало, и мы должны себя ценить! И бабы должны нас ценить! И не лезть, когда их не спрашивают! Правильно?

– Правильно, Степан Васильич! Абсолютно с вами согласен! – воскликнул Славка.

Сергей молча кивнул.

Тем временем шеф засобирался.

– Ну что, ребята, поели? Пора в путь-дорогу. Где там эта дура, пусть счёт принесёт!

В дверном проёме возникла официантка, неся на подносе кожаную папочку с вложенным в неё счетом. Васильич мельком глянул на трёхзначную цифру, небрежным жестом кинул на поднос купюру и проворчал:

– Ладно, сдачи не надо. Пригласи-ка мне повара, который это мясо готовил.

– Что-нибудь не так? – решилась открыть рот девушка.

– Пригласи, я сказал!

Официантка мигом рот захлопнула и поспешила ретироваться.

В зал вплыла объёмистая фигура повара в белом колпаке.

– Слышь, мужик, хорошее мясо готовишь. Молодец! Держи за труды! – Штырь вложил в ладонь мужчины стодолларовую купюру.

– Эй, вы! – обратился он к ожидавшим его Славке и Сергею. – Геть на выход!

И троица потопала к дверям, провожаемая благодарным взглядом повара.

– Вообще-то мне отлить нужно. – Васильич резко изменил траекторию движения и направился к туалету. Водитель поспешил за ним, начальник охраны проводил обоих до двери и остался снаружи.

Переминаясь с ноги на ногу и явно тоже желая посетить заветную кабинку, Сергей услышал в соседнем, женском помещении, сдавленные рыдания. Дверь была приоткрыта, и он решил заглянуть. Администратор Светлана нервно курила у подоконника, рядом вытирала слёзы официантка, на которую недавно наорал Васильич.

– Ладно, хватит реветь, – Светлана выбросила окурок и принялась кусать ноготь. – Меня он тоже дурой обозвал, я же слёзы не лью.

– Ну за что, Свет, ну за что?

– А ни за что! У него денег много, поэтому он всегда прав. А ты терпи, ты никто и звать тебя никак! Хочешь здесь работать – терпи. А не хочешь – увольняйся, дорога открыта. На твоё место очередь стоит, в затылок дышит.