Пари за гранью бытия

В глазах его стояли слёзы.

Луч солнца сместился ещё ближе к краю скалы, оставив Ангелу лишь немного места для босых ступней.

– Ты ещё что-нибудь хочешь мне сказать, враг мой? – спросил пожилой дядечка. – Солнце почти совсем село, мне пора уходить.

– Не надейся, что я так просто отдам тебе Мечущегося Странника! – произнёс Дьявол.

Алый диск практически скрылся за горизонтом, забрав за собой свои огненные лучи. Лишь малюсенький краешек виднелся над границей неба и моря, даря плоской скале слабое пятнышко света.

Водная гладь полностью погрузилась в чёрную, непроглядную тьму. Но с другой стороны уже вставала луна, светлая и яркая, готовясь прочертить через морскую поверхность свою золотистую дорожку.

– Мне пора! – сказал Хранитель Света. – Я не прощаюсь с тобой, Хранитель Тьмы. Наверное, я никогда не смогу сказать тебе: «Прощай!» и буду обречён жить с тобой бок о бок бесконечно.

– Вот именно, – ответил Дьявол. – Скорее всего, это и будет наказанием для тебя, не уследившего за людскими душами и не оправдавшего надежды Бога.

Иди! До встречи.

Невысокий пожилой дядечка в застиранной рубахе и потёртых брюках подхватил свои стоптанные ботинки и ступил со скалы на морскую гладь, торопясь догнать уходящее солнце. В ту же секунду светило скрылось за горизонтом. Ангел исчез вместе с ним, растаяв, как сгусток белёсого тумана.

Хранитель Тьмы посмотрел ему вслед торжествующим взглядом ледяных, водянисто-голубых глаз.

– И не шляйся больше по волнам в человеческом облике! – долетел до него голос из-за горизонта.

Дьявол усмехнулся, потянулся всем телом так, что хрустнули позвонки, резко выдохнул и тоже ступил на морскую поверхность. Только путь его лежал по направлению к утонувшему во мраке берегу. Не торопясь, он пошёл, с каждым шагом превращаясь в серый фантом.

Глава 2

Июнь 1999 г.

Где-то на юге России…

На подходе к конечной станции поезд двигался медленно, мерно покачиваясь. А хотелось, чтобы он шёл быстрее, чтобы уж прибыл.

Чтоб подхватить сумку и выпасть из душного вагона, размять затёкшие от долгого сидения и лежания ноги, прошагать по перрону, выглядывая знакомое лицо. В висках стучало: «Быстрее-быстрее-быстрее!» Большую вялую железную гусеницу хотелось подстегнуть хворостиной, чтобы она ускорила темп. Стрелка наручных часов как будто прилипла к циферблату. В конце концов Сашка решил, что лучше уж совсем не смотреть на часы, а глядеть в окно. Можно попытаться увидеть полоску моря.