Чистый лист

Замораживать чувство простое,

Поливая душевной слезой,

Понимая – всё было пустое

И не то, и не там, и не с той.

И не то, и не там – как же странно

Рассуждать на осколках побед,

Примеряя, опять же, вальяжно,

Без разбора синонимов бред.

Без разбора, от сердца, простое,

Напишу: «Горе мне – не беда».

Может быть, начиная пустое,

Может быть, как всегда, в никуда…

А в губах её вкус, её страсть

А в губах её вкус, её страсть,

Её самая сладкая самость,

Самой тёплой души ипостась,

Недоступная всем моногамность.

А в губах и ромашек букет,

И кофейная бодрость с рассветом,

Нескончаемый сердца привет,

В этом лучшем привете согретом.

А в губах – то, что мало в словах,

Очень мало в блуждающих строчках.

Сколько вложено в этих устах,

Что мы прячем в загадочных точках…

А в губах и мечта, и полон,

И холодная изморозь вёсен,

Безмятежно отложенный сон

С поцелуями страсти до дёсен.

Наблюдаю, как Кант за огнём,

За водою и звёздами свыше,

Но всё это скрывается в нём,

В поцелуе, с которым мы дышим…

Ну здравствуй, сердце, вот и я

Ну здравствуй, сердце, вот и я

С своей таблеткою от боли.

Мы не враги и не друзья,

Живём доверчиво в неволе,

Не смея чувства показать,

Дабы на чувства не наткнуться.

Я тут пришла тебя обнять…

Мне редко хочется коснуться

Других сердец. Не знаю даже,

Порою тянешься… вот-вот,

Но видишь сердце в антураже,

Пустых искусственных забот

И, вроде, нравится без боли,

Без разных траурных заскоков,

Но неживое сердце, что ли,

Без этих самых кровотоков…

Пускай с тобой мы не друзья

И не враги на счастья поле:

Ты это… здравствуй, вот и я,

С своей таблеткою от боли…

Мне бы доктора, право, не тела

Мне бы доктора, право, не тела,

Мне бы доктора глупой души…

Улыбалась, любила, летела,

А теперь продают за гроши.

Да и ладно бы с ладной ценою —

Хоть чего-то с паршивой овцы,

Что когда-то звала за собою,

Ретушируя струпья гнильцы…

Вот бы знать бы ещё до начала,

Хотя знал, предрекая итог,

Интуиция звонко стучала,

Своей веной набухшей в висок.

Обращая внимание сразу,

На излишнюю смелость в словах,

Как же сложно заметить заразу,

Как же сложно увидеть в глазах

За искрою побитую тварь,

До тебя… с истерическим смехом,

Выдающую грязь за янтарь.