Зарево

Зоя внимательно посмотрела на него, потом на маменьку: та не сводила с будущего мужа телячьих глаз, а улыбка умиления застыла на ее губах.

– Мам, ты серьезно? – спросила Зоя.

Павла Семеновна кивнула.

– Понятно, – протянула ошарашенная девушка. – Но я хотела бы узнать у Вас, любезный Викентий Петрович, на что Вы рассчитываете? Я имею в виду деньги. Надеюсь, Ваша нареченная, – и она покосилась на мать, -поставила Вас в известность относительно нашего материального состояния? У нас ничего нет: и квартира эта съемная, и зарабатываем мы уроками, и квартирной хозяйке мы должны.

Последнюю фразу она произнесла уверенно, чтобы не запугать жениха окончательно и не услышать в дальнейшем упреков от матери на то, что дочь поломала ее судьбу.

Но по всему было видно, что Викентий Петрович не из пуганых: на Зоины предостережения он лишь махнул рукой и заявил, что у него средств предостаточно.

– Да чем же Вы занимаетесь? – воскликнула Зоя в крайнем изумлении: в их окружении не было богатых знакомых, все постоянно жаловались на нехватку средств.

– У меня ссудная касса, – солидно объявил гость.

Зоя почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Ростовщик, в ее понимании, был самым презренным существом, наживающимся на людском горе. И это мамин избранник?

– Но ведь Вам не нужно мое благословение? – выдавила она из себя. – Я буду счастлива, если у Вас все будет хорошо. Для меня главное – чтобы маменька была счастлива.

Она вскочила и убежала в свою комнату. Мать сделала недоуменную гримасу, а Викентий Петрович внимательно посмотрел ей вслед.

–

Глава 14

Матюша поселился в комнате Петра: они решили разделить расходы на двоих. С трудом втиснули вторую кровать и застелили ее одеялом, выделенным Марфой Петровной из своих запасов. Письменный стол остался в распоряжении студента Силина, а Матюша занялся поисками заработка, и стол ему пока не был нужен.

Неожиданно помог Степан – извозчик, с которым Петр познакомился по прибытии в столицу. Он замолвил словечко за Матюшу в вагоноремонтном депо, где у него были знакомые. Парня взяли на испытательный срок, пообещав в дальнейшем платить приличное жалованье. Матюша уходил рано, возвращался поздно и почти не сталкивался ни с Петром, ни с остальными обитателями квартиры. Вероятно, он уже приступил к воплощению своего плана завоевания столицы.