2061. Быть человеком

Внезапно жуткая картина нарисовалась в его воображении – он, в лучах закатного солнца, ведёт её на поводке, закреплённом вокруг талии, и прохожие оборачиваются, глядя им вслед. Его аж передёрнуло от этого зрелища. Ну уж нет! Никаких поводков и ошейников!

Затем он снова покосился на Флаффи. Нет, он не сможет сосредоточиться на работе, если рядом будет разгуливать девушка в такой одежде. Должно же в её скарбе отыскаться хоть что-то приличное! Однако размер пакета не внушал надежды на обнаружение в нём хотя бы одной достаточно длинной юбки.

Открыв его, он в этом убедился. Судя по стилю одежды, дети Роберта упивались возможностью наряжать в стиле аниме настоящую японку. Возможно, как раз поэтому они выбрали именно её.

И хотя её гардероб был несколько приличнее, чем лакированные купальники и туфли с шипами, в которых расхаживали крольчихи особо похотливых богатых холостяков, всё же каждая из ее одежёк прикрывала достаточно малую площадь тела. «Дать ей, что ли, свою одежду?» – подумал Артур и, предложив ей сесть и подождать, направился к лестнице на второй этаж.

Пока новый хозяин склонился над сумкой, копаясь в её вещах, Флаффи успела выйти из оцепенения. Надо взять себя в руки и выяснить, кому она досталась на этот раз. Только одно интересовало её сейчас – холостяк или семейный?

В доме царила абсолютная тишина. Ни музыки, ни постоянно бубнящего телевизора, как у Харсманов, ни чьих-то голосов или смеха, ни даже тиканья часов. Только холодная звенящая тишина, навевающая тревогу.

«Может, их просто нет дома?» – с надеждой подумала Флаффи и с замершим сердцем начала медленно продвигаться вглубь гостиной. Она надеялась обнаружить на стене или комоде семейные фотографии. Или валяющуюся в углу комнаты игрушечную машинку. Забытый на диване блейзер.

Но комод был пуст. Зато покрывавший его толстый слой пыли красноречиво говорил не только о семейном, но и о финансовом положении хозяина дома. Он не мог позволить себе даже роботов-уборщиков. Ни на полу, ни на диване тоже ничего не валялось.

Только большой обеденный стол был завален упаковками из-под продуктов, а гора посуды в раковине упиралась в кран.

Холостяк.

Этот вердикт взорвался в её сознании подобно атомной бомбе. Её накрыла волна паники и ужаса. В глазах потемнело и перед мысленным взором всплыли все те истории, которые она слышала от других собак, кошек и крольчих. Воображение услужливо подкидывало красок, деталей и подробностей, от которых у неё закружилась голова.