Путешествие внутрь иглы. Новые (конструктивные) баллады

2

Зендлингертор – выхожу из метро:

Старого Города чую нутро.

Прошлое тихо здесь льется мне в грудь,

шумного дня не касаясь ничуть.

С вечностью под руку чтобы гулять,

хоть каждый день я готов приезжать

к Зендлингертору и только сюда —

здесь не наскучит гулять никогда!

Бомж там знакомый сидит у Ворот,

рядом – собака (а лучше бы – кот).

Бомжа стараюсь постигнуть я суть:

в душу прохожих он хочет взглянуть, —

точно стараясь опять угадать,

сколько вот этот ему мог бы дать, —

что, проходя сквозь бомжей редкий ряд

вдруг задержал умиленный свой взгляд

пусть не на нем (он – открыточный вид),

но на собачке, что рядом лежит.

Тошно от ближних нам вечных гримас.

Трогают больше животные нас.

Этот великий, но грустный закон

хитрый мой бомж и поставил на кон

в вечной, как мир, безобидной игре:

строгим не будем к его мишуре!

Правда, мне память как раз помогла:

третьей по счету собачка была —

с тех пор как бомжа приметив того,

пристальней стал я смотреть не него.

Не повезло им совсем с протеже:

прежние, видно, скончались уже.

С новой собачкой теперь он сидит,

так же в сторонку собачка глядит.

Может быть, стыд за хозяина ей

не позволяет смотреть на людей.

Может, сочувствием к бомжу полна,

молча любовь ему дарит она.

XXIII. Баллада о Слепой Женщине

1

В те же часы и на том же углу:

чужда добру, а тем более злу,

что так сближает всех зрячих людей —

точно съестное случайных гостей —

пела – одна перед пестрой толпой —

женщина, что от рожденья слепой,

как утверждают зеваки, была.

Рядом собачка в корзинке спала.

Был ее голос слегка грубоват.

Жест полных рук также чуть угловат.

Голову к солнцу она подняла —

нежит безглазье слепящая мгла.

Тихо в пустых и зеркальных зрачках

небо плывет в надувных облаках.

Да и весь город с его суетой

там приумолк – за нездешней чертой.

А между тем из снующих людей

каждый задерживал взгляд свой на ней:

что ж, к негативу слепого лица

склонны присматриваться без конца

мы – любопытство нам трудно унять:

душу без глаз невозможно понять.

Кто-то монетку ей в блюдце бросал.

Кто-то словцом остроумным блистал.

Кто-то, ее пародируя, пел.

Кто-то еще на собачку глядел.