Путешествие внутрь иглы. Новые (конструктивные) баллады

И пусть в словах об абсолютности любви —

этом венце поэзии – не много смысла,

но даже мир людской, стоящий на крови,

пронизывают умозрительные числа.

Тогда как множество таинственных угроз

нас могут ждать и в вожделенном царстве света, —

и на любой нас распинающий вопрос

ничто, кроме поэзии, не даст ответа.

XXVII. Баллада о Поэтическом Вымысле

1

Когда обещанное роком

другому небом отдано,

и демон манит скользким оком

на богоборческое дно,

когда безумьем трезвы взоры,

а сердце бродит как вино, —

тогда… возлюбленной Изоры

дар принять другу суждено.

2

Точно ли суждено? и не выдумал ли все это поэт? ну, разумеется, выдумал: Сальери не отравлял Моцарта, Моцарт не был в близких отношениях с Сальери, и уж во всяком случае, не спрашивал его советов насчет своей музыки, но вопрос даже не в этом, а вопрос в другом: судьбоносный конфликт шекспировского масштаба между Сальери и Моцартом, как он выдуман Пушкиным, – точно ли он выше и глубже, а главное, поэтичней того скромного и поистине параллельного, без серьезных точек соприкосновения существования обоих композиторов в Венском пространстве последней трети восемнадцатого века, которое имело место на самом деле?

И если Сальери окончил жизнь в доме для умалишенных, то за гробом Моцарта тоже никто не шел, и даже не по причине якобы дурной непогоды, а просто потому, что Моцарт – и особенно в последние годы – не умел и не хотел сближаться с людьми, люди мало что для него значили, он использовал людей прежде всего как средство отвлечения от чего-то, что безумно его тяготило и было действительно «не от мира сего», и люди отплатили ему той же монетой, – да, вот как все было на самом деле, но из такого сюжета не только не вылепишь блестящей трагедии, но и мало-мальски сносного рассказика из него не смастеришь.

А между тем, окунаясь с головой в ту эпоху, давшую человечеству его самую великую музыку (после И.С.