Английский дневник

Только со временем выясняется, что батарей недостаточно, бойлеры ломаются каждые полгода, рамы на окнах старые и не двойные, а под спальней холодный подвал и из него круглый год идет холод через щели в полу. Но даже если бы сразу это все обнаружилось, нас бы это не остановило. Нас уже несет. Мы вырвались из «совка», из грязи и неразберихи тех лет. Мы хотим другой жизни, и вот она начинается.

Наш адвокат готовит бумаги. И мы ждем обмена контрактами. Ждать приходится почти месяц. Хозяйка квартиры миссис Сноуграс теперь живет в Австралии.

Кстати, что за смешное имя – Сноуграс. Наш адвокат пренебрежительно морщится.

И когда в канун Рождества Джеймс Баттервик, наконец, вручает нам подписанный контракт и ключи от квартиры, мы абсолютно счастливы.

Вот так порой случайно определяется место жительства. И все же любопытно, из чего складывается судьба? Что это: случайные действия, желания, возможности? А какая уже разница? Знаю только одно – правильно говорят: как корабль назовешь, так он и поплывет. Это полностью относится и к месту жительства: где поселишься, так и жить будешь.

Однако понимание этого приходит гораздо позже…

Я помню первую ночь в этой еще чужой для меня квартире, с чужой мебелью, чужими запахами и вещами – случайное наследство миссис Сноуграс. Мне неуютно, зябко, и я до утра не могу уснуть.

А за окном всю ночь поют птицы. Это скворцы. Они заливаются трелями, как майские соловьи. В Киеве зима, а здесь поют скворцы. Это невероятно!

Любопытно, что я больше никогда на Рождество в Бродстеирсе не услышу пение птиц.

На следующий день мы улетали в Киев…

Холидей резорт

Первое лето в Бродстеирсе…

Мы приезжаем сюда в конце мая уже с Лёшей – нашим десятилетним сыном. Бодрящий ветер, яркое солнце, низкие белоснежные облака. Два-три погожих дня, вселяющих надежду на наступление лета – и снова мартовский холод. Я все жду тепла. Оно наступит только позже, в середине июля.

В выходные дни толпы людей гуляют по набережной, и с каждой неделей их становится все больше.

Откуда они берутся? Гостиницы, кафе и рестораны переполнены. Пляж пестрит, гудит и шевелится. Все ставят в песок защитные экраны от ветра, и это придает берегу удивительную живописность. Купающихся мало. Только посиневшие от холода английские дети, которые в любое время года ходят в шортах и гольфах, плещутся в ледяной воде.

Бродстеирс, оказывается, – известный английский курорт еще со времен королевы Виктории. По-английски курорт называется холидей резорт.