Клинч

 Схимника бросило в жар. А потом вдруг стало холодно. Исподнее сильно вспотело. В келье отчётливо пахло адреналином. Батюшка знал причину своего сильного волнения. Он наклонился и поднял с пола свои чётки. Попытался было продолжить молиться с их помощью, но что-то или кто-то ему решительно мешали, путая мысли. Старец посмотрел налево. На стене, там, где стояла его кровать, тикали старинные часы. Хронограф показывал время – без пяти час. Значит, осталось всего пять минут. Его снова обдало жаром, а потом опять мороз по коже.

 Он ждал сегодняшнюю ночь, ждал, наверняка представляя, что она будет для него страшной, полной испытаний. «Эта “Чаша” не минует меня», – сокрушался монах. Старец попытался себя успокоить: «На всё воля Божья, слава Богу за всё». Но толку от этого было мало. Волнение не покинуло его, а лишь усугубилось. А когда он вспомнил свой вчерашний ночной кошмар – стало совсем не по себе…

Глава 2

Сон великосхимника

А накануне снилось великосхимнику следующее. Он чётко запомнил гул, от которого закладывало уши.

 Старец сидел в кресле, пристегнутый ремнём. Через стекло в маленьком окошке он видел тяжёлые грозовые облака, казалось, что до них можно было дотянуться рукой. Кроме того, он видел крыло, но в отличие от птичьего оно не ходило вверх-вниз, а слегка подрагивало от набегающих потоков воздуха. «Железная птица», – подумал схимник. О таких в своей книге писал ветхозаветный пророк Ездра. И эта гигантская, многотонная «птица» летела на высоте десяти тысяч метров над землёй на огромной скорости.  А он находился в её просторном чреве. Схимник отвёл взгляд от окошка и обратил внимание на два длинных ряда кресел. Сам он сидел ближе к хвосту. Увиденное поразило его. На первых девяти креслах сидели одетые в красные балахоны существа. По левую сторону от прохода, из-за спинок кресел выглядывали пять голов в конусообразных колпаках. По правую сторону торчали ещё четыре острых конуса. «Красные» сидели спиной к монаху, не оборачиваясь, как будто им не было до него никакого дела.  Перед странными пассажирами, между рядами, стоял престол, покрытый красной же атласной материей. На столе покоилась золотая чаша. Сквозь рёв слышалось синхронное бормотание. Их язык был непонятен схимнику. Было похоже, что «красные» участвуют в каком-то тайном обряде или коллективном молении. И всё же одну фразу старец разобрал. «Конусы» в один голос сказали: «Князь Мира, Повелитель наш, ждём тебя!» Чернеца пронзил ужас.