На высоте десять тысяч метров

Было очень холодно, и я увидел, как борода Гоши покрылась инеем.

– Ты на свою бороду посмотри!

Своей бороды я рассмотреть не мог и холода не особо чувствовал, вернее куртку я закрыл на молнию, а вот летнее псевдотрико особо не грело, и ноги стали замерзать.

– Мы похожи на героев Джека Лондона. Читал его?

При каждом слове изо рта вырывался густой пар. Путь, по которому мы шли, был нам известен, но лишь до пересечения с основной дорогой.

– Да я просто зачитал книгу Лондона до дыр… Это были мои герои… Ты понимаешь меня? – Гоша внезапно оживился.

 – Малыш и этот, Белью… Смок Белью… А ведь мы действительно словно на Аляске сейчас…

– На Клондайке… Вдвоем морозной ночью, и никого вокруг…

– Только льды и снега…

Поймав нить разговора, мы брели по заснеженной дороге, даже не заметив, что закончились уличные фонари и естественный мрак ночи поглотил нас. Но теперь снег отражал свет диска луны, висящего на чистом ночном небе, и дорога была словно на ладони. Холод уже начинал сковывать нас, когда мы вошли в соседний поселок.

– Какие будут предложения, Малыш?..

Остановившись друг против друга, захваченные пленом ночи, мы были почти у цели, но как найти эту цель, нам было неизвестно. Я предположил:

– Может, надо постучать в окно первого попавшегося дома?..

– Верно…

Гоша развернулся и, пройдя через дорогу, скрылся во дворе дома. Я услышал, как залаяла одинокая собака, почуяв чужака. Затем раздался стук в дверь. Происходящее было за пределами моей видимости, и я прохаживался вперед-назад, ощущая от внезапной остановки холод ног.

Спустя несколько минут Гоша уже шел назад, медленно раскачиваясь всем телом:

– Всё найс, Малыш…

Мы остановились под огромным деревом, на голых ветвях которого лежал снег. Гоша достал из-за пазухи бутылку и открутил крышку. С ветвей дерева нам на головы посыпались невесомые белые снежинки. Из бутылки пахнуло сивухой, и мы стали пить по очереди, делая быстрые глотки и закусывая теплым яблоком, вытащенным из-за пазухи.

Обыденность жизни кристаллизируется по утрам.

После короткой фазы предрассветного сна, несущей самые яркие сновидения, приходит пора вставать и начинать день. Где-то я читал, что проживание жизни день за днем есть главный подвиг человека. Здесь, видимо, подразумевается рутина жизни, которая заедает, наполнена скукой и непониманием происходящего. Из всех членов нашей семьи самой легкой на подъем является дочка. Как только она научилась ходить, ее день начинался в районе шести часов утра.