Литературный оверлок. Выпуск №4/2019

А море так головами наших отдыхающих кишит, что бухту Золотой рог по ним перейти, аки посуху иногда возможно.

За Босфором до Греции вообще рукой подать, мигом, через Эгейское море доплыли. Между прочим, оно и в правду виноцветное, как Петровичу один греческий турист рассказывал, Гомер. А может и не он, но тоже старик и то же слепой.

Мобильники еще в Пирее у них афинские фарцовщики выхватили, не успели даже на пирс ступить. И шубы тут же в лодью большой кучей навалили, правда, без пуговиц.

Но назад Петрович возвращаться тремя морями отказался.

Дескать, болезнь морская заколбасила и мозоли от весел не проходят. Стонет жалобно:

– Лучше назад меня бандеролью отправьте, чартерным рейсом.

Заколотили Петровича варяги в бандероль фанерную и дырочки просверлили. Сам Петрович в дорогу три шубы надел, не порожняком же из Греции ехать! А сверху губернатора апельсинами замаскировали, чтобы таможня в аэропорту контрабанду не заподозрила. В Греции все есть, а апельсины вообще, как у нас дички, вдоль дорог бесхозно растут, рви – не хочу!

Через четыре часа, Петрович уже на Родине был и нес его в бандероли носильщик-таджик согбенно, но прямо в родную сердцу, губернаторскую приемную.

Открыли в администрации бандероль, а от туда чудище мохнатое с апельсинами вылезает. Дуракова заулыбалась по-детски, от радости запрыгала, в ладоши хлопает и говорит звонким голосом:

– Здравствуй, Чебурашка!

– Какой я тебе на хер Чубурашка, – отгрызнулся Петрович, – Я губернатор ваш, только взопрел, мочи нет! По нужде пришлось сразу три шубы надеть, для экономии места в посылке и личной выгоды.

Кроличью шубу Петрович жене подарил, каракулевую – дочери, а норковую – преданной соратнице Дураковой. А все потому, что принципиально ценил рабочие отношения, выше семейных.

Петрович и Кремлевская кухня

Решили Петровичу в Кремле гастрономическое испытание устроить на политическую лояльность. Пригласили за стол столичного борща отведать.

Сам президент Медведев половником аппетитный свекольник в тарелку с гербом наливал, густую сметану клал, а сверху еще и жирную навозную муху водрузил. Смотрит, ухмыляется, ждет коварно, когда Петрович муху проглотит. А наш губернатор сделал вид, что насекомое не видит, но ложкой старательно вокруг мухи борщ зачерпывает. До дна тарелку выхлебал и на муху ехидно показывает:

– Я, Дмитрий Анатольевич, перец горошком не ем, панкреатита боюсь.