Сосново

– (Глеб): …а откуда ты знала, что это время?

– (Анна): …ну… я не знаю… но я тогда точно знала… я ведь себя чуть ли не с двух месяцев помню… и многое такое помню, чего, наверно, надо бы и не помнить… тогда даже время было другое… оно как-то неровно шло… то медленно: тук… тук… а то вдруг быстро: тук-тук-тук… мне казалось, что даже часы вот так и тикают неровно… я с детства хотела всё вокруг запомнить – имена, цвета, запахи… ну просто всё… думала, что это очень важно.

…меня маленькую в Комарово на дачу возили… я в лес каждый день одна ходила… так одиноко было там, в ёлках… я даже плакала иногда… одна… всё было не так, как я хочу… ну абсолютно всё… я знала, что должно быть как-то иначе.

…собаку мечтала завести, чтоб вот так сидела и смотрела… и ни за что любила… родители не разрешали… когда выросла, то наконец завела… назвала Мулькой.

…………

– (Анна): …нам в училище советовали прищуриваться… ну там, чтоб лучше видеть композицию и тон… а мне никогда не надо было щуриться… чуть задумаешься – и всё вокруг такое размытое… особенно по утрам… когда никак себя не собрать… и всё как от начала… словно берёшь от дерева ягоду и ешь… а чтоб прицельно куда пойти, надо себя науськать, чтоб мир вокруг в фокус собрать.

…………

– (Анна): …весь французский язык – это птица, прочищающая горло минеральной водой… лесной язык… я в детстве знала какой-то другой… говорить поздно научилась… словно этот людской язык не нужно учить… тот, другой, важнее… и ходить я поздно научилась, не знаю почему… спать ложиться боялась, потому что во сне растут… а мне говорили, если длинной вырасту, то никто со мной знаться не будет.

…………

– (Анна): …когда в «Муху» поступала, на экзамене спросили: вы в школе животных изучали?.. а я говорю: ну как же – Каштанка, Муму, Мцыри, лошадь Пржевальского, блоха Лескова… и этот садист – Чарльз Дарвин.

…………

– (Анна): …тут начинается у меня приступ элегантности… я хожу в зелёной кофте израильтянкой молодой… знаешь, такой древний зелёный цвет… как памятники зеленеют… и чувствую себя так торжественно… мо?ды – это чтоб мы представили иные жизни и вспомнили запредельное про себя… ты не представляешь, сколько фантазий у нас, женщин, связано с одеждой!.

. в музее иногда на картину посмотришь – мурашки бегут… потому что всё… ну точно как раньше… когда были все эти бедные люди… раскольниковы и мармеладовы… и с ними была Манон Леско, только этого никто не знает.