Крохи бытия

Ужель допустить произвол,

что заиграться в кровавые игрища может!

Было недавно еще и не раз, и не три —

память короткая дремлющих многих подводит…

Мир если как-то меняется, то изнутри,

вот и ржавеем, когда не живем по природе.

Осень восьмая твоя ли, кого-то ль еще —

вместе сошлись на стихийную сходку, едва лишь

власть посягнет на законное право. Рассчет

шел на безликую массу – да мы не проспали!

Игры в гадалки-смотрелки отчаянны, как

всякие игры, да только уводят от дома —

станет небесная стрелка наперекосяк,

если впадет наше неравнодушие в кому.

* * *

Осень восьмая… Напомнит Гомер, как ладья

сына бодается с бурей, отец – за оралом,

крохи случайно отсыпанного бытия

чтобы потратить с какой-то хоть пользою малой.

Местный, москвич, петербуржец ли… дело не в том,

где и куда суждено перетаскивать лары —

хрупкие, связаны с хрупкой Землею, плывем,

лишь сберегая пока этот хрупкий подарок.

В утлом своем воскресенье нам знать не дано,

сколько еще облетят и раскроются листья

десятилетий, веков, мигом мчащихся, но

держит еще на плаву свод негаснущих истин:

не суетись и молясь, не убий, не кради,

страсти смиряй, чти законы, не трогай чужого

и не терпи бесконечно, когда из груди,

чем-то стесненной, вскипает свободное слово.

Облик планеты и так уж не лучше от нас,

наворотивших вслепую, что нечем гордиться —

как же, прогресс! Хоть такой сохраним про запас

правнукам… Вспыхнула искра в осмысленных лицах,

небо расчистилось, солнце пророчит весну,

люди, лишь маятник все же качнулся чуть вправо,

встали, сцепивши ладони, чтоб эту волну

встретить не дрогнув – не детская вовсе забава!

* * *

Ну, а домой… и мы тоже вернемся домой,

только народ свою спячку дремучую сбросит

и повернется туда, куда вектор ведет мировой —

в общий прогресс.

Мы вернемся пусть в самую позднюю осень.

Искушение

Сколько зим, как строка, бегущая

не вперед, а скорей назад,

искушает то, что отпущено,

тупо силясь взобраться над…

Будто бочку прибило к берегу:

все впервой – ни служб, ни долгов,

а Америка… что Америка,

не до места – хватило б слов.

Пусть не звонкой мальчишьей россыпи,

там что в занятости не пришлась —

здесь наметил писать без просыпа,

с мастерством обретая связь.

Так и шло: поначалу исподволь —

еще старый давил багаж,

постепенно к тому, что выстрадал.