Ставропольский писатель. Коллективный сборник. Том 2

Мореплаватель, ему равных нет,

Вышел он на старт в шестьдесят шесть лет,

В одиночестве на рекорд пошел,

Обогнуть мыс Горн в кругосветку шел.

Сообщает Рамблер нам далее:

Он на полюсе недоступности,

То не Сочи вам, не Италия!

Точка Немо, где нет преступности.

Нет преступности, но есть кладбище

Без венков, крестов… Ничего вообще!

В глубине его здесь покоятся

Корабли, да спутники с орбит сводятся.

«Да поможет Бог!» Он твердит себе,

«Вы молитесь о моей судьбе,

От Зеландии до Австралии

С божьей помощью мы поплаваем!»

По ревущим сороковым,

С их неистовым нравом, широтам,

В лодке Акрос на веслах прошел

Человечище – Конюхов Федор!

    Февраль 2019 г.

Мне ответила мать

Я спросила у мамы: «Как ты выжила с сыном,

Когда в сорок втором немцы взяли село?

Где взяла ты, скажи, и надежду, и силы,

Как жила ты, и как твое сердце смогло?

Проводила на фронт ты мужа и брата,

В ожиданье беды затаилось село…

Зрели груши в садах в том селе не богатом.

И сынок улыбался по-детски светло.

Как не лопнуло сердце твое от бессилья,

От обиды и гнева, от боли и страха за сына?!

Вы могли же погибнуть от пули, насилья,

Без защиты вы, мама, могли просто сгинуть!»

Мне ответила мать, и лицо ее стало, как камень,

И мне это лицо не забыть никогда:

«Я отвечу тебе, это был мой экзамен,

Муж воюет, а сын наш был мал по годам,

Лишь четыре годочка сыночку!

На постой в каждой хате нам назначили немцев,

И врагов приказали кормить.

Я – пониже платок и мне некуда деться,

Кровь в висках, как набат: как мне быть, как мне жить…

Немчура по- немецки приказал: -постелить.

Я на лавке стелю, а он жестом кивает

Лечь на лавку с ним рядом.

А мне впору башку ему чем-то разбить!

Я схватила рогач, что стоял у печи, замахнулась.

И увидела страх в его ненавистных глазах!

«Немчура» отступил – может совесть проснулась,

Что и дом не его, и дитя не его, и жена не его!»

Так сказала мне мама про немца того.

«А что кур всех поел, так на то он и враг,

И на хату повесил свой со свастикой флаг.

Но недолго висеть тому флагу пришлось,

В январе сорок третьего все началось!

Немца выбили в городе, в селах и хуторах,

Убегали так быстро, что забыли про флаг!»

Свой закончив рассказ, мать на стул опустилась,

Будто сил и здоровья за минуты лишилась.

У меня по лицу покатилась слеза,

Но сухими остались у мамы глаза.