Дрозд

Морозов же мог его убить. Если и не убил…

Я наношу ему удар бутылкой прямо в висок. Морозов падает на кассу и тут же эта бутылка летит в одного из его товарищей в безрукавке. Она попадает ему в лоб и сводит с толку. Но остаётся третий. Он молниеносно хватает меня за грудки и откидывает от кассы. Слышен пронзающий голову визг девушек, бегущих подальше из магазина. Кассирша вызывает полицию, прячась за стендами. Они продолжают драку и не станут останавливаться. Как и я сам. Удары этого человека в шортах оглушали меня, из-за них пропадала видимость происходящего.

Я замечал, как Морозов вставал с ленты на кассе и приближался ко мне. Но я не сдался. Тут же поднявшись, я начинаю драться в полную силу. Меня били по лицу, хватали за руки и бросали в стенды с продуктами. Падали бутылки, ронялись овощи, ломались стёкла. Я был отброшен в стену, но по-прежнему держался в стойке. И тогда они встали сразу трое против меня одного. Морозов выходит вперёд самым первым. Я замахиваюсь на него кулаком, он не успевает увернуться, и этот мощный удар разбивает ему нос. Когда Морозов был выведен, ко мне подошли сзади и взяли за голову, а второй в олимпийке наносил удары в пресс. Ощущая дикую боль, мне всё больше хотелось убить каждого из них. И когда второй пробивал очередной удар в мой живот, я отбиваюсь от него ногой, которая задела его прямо по лицу. Тот, что удерживал меня за голову, тут же начал неопытно душить, будто бы усмиряя во мне дикого зверя. Задыхаясь и скрестив ладони, я ударил своим локтем в его печень и, когда он отпустил меня, скрючившись от мучительной боли, я взял его голову двумя руками и нанёс по ней тяжёлый удар своим коленом прямо по лбу. Начинается одышка. В глазах темнеет. Я слегка держался за своё горло и дотрагивался до живота, словно там была колотая рана. Ко мне стремится второй в олимпийке, в шортах и с окровавленным лицом. Он размахивает своими кулаками и старается попадать только в район глаз. Тогда я решаю отпрыгнуть от него в сторону и кинуться в ноги. Этот парень не выдержал и упал, стукнувшись головой о плитку. Не смотря на его рвение и желание снести меня с себя, я всё равно переворачиваю его на живот и со всей силы бью ступнёй по икре. Но после одного удара последовало огромное множество. Крича, я стучал по его колену, пока не услышал, как сломалась кость. Раздался еле слышимый треск, и поломанная кость выглядывала из-под его кожи. Этот крик боли, что издался в помещении, словно обезумел меня. Я перестал что-либо слышать.